— А тебе не кажется, что если бы я знал, что именно охраняю, то делал бы это с гораздо большим усердием? — Осторожно спросил я.
Его глаза сверкнули лукавством.
— На мой взгляд, ты и так совсем неплохо справляешься, я бы даже сказал очень хорошо. Так уж не обессудь, приятель. Прости. — Он виновато пожал плечами, дружески хлопнул меня по плечу и удалился.
Его намёк на спасение маленькой Розы был вполне очевиден. Всё здесь как будто вертелось вокруг этой крошечной девочки. Но для кого и чем именно она могла представлять хоть какой-то интерес? Вот, пожалуй, в чём был главный вопрос!
Я задумчиво почесал макушку. И куда я только попал? И что за люди меня окружают? Сплошные тайны!
Я по-прежнему старался держаться в стороне, хотя раньше думал, что, изголодавшись по человеческому обществу, буду сам тянуться к людям, но этого отчего-то не произошло. Оказалось, что я их наоборот подсознательно избегаю, продолжая по большей части держаться в одиночестве. Хотя можно ли было назвать это одиночеством, ведь со мною рядом всегда был Ворон? Но не о том сейчас речь.
К следующему нападению на нас, враг подготовился куда более тщательно, чем к предыдущему. Люди, все как один, не только нацепили на себя кресты (к тому же не серебро, а дерево. Смешно!), но и фляги, по-видимому, со святой водой прихватили (тоже мне страху напустили, я бы с большим удовольствием её из них испил), но и не забыли взять с собой топоры (научились бы вначале управляться с ними), судя по их количеству и благоговейному отношению к ним, змеиные. Один топор один человек завидное единство в соотношении. И как только умудрялись сочетать языческие верования с христианскими догмами?!
Но эти их нововведения в технику борьбы с нами, в общем, и в частности со мной лично не помешали мне и моему коню разорвать пару, тройку, другую, если смотреть по их внешнему виду, истинно христианских глоток.
Впрочем, деяния, совершаемые ими, по моему личному убеждению были слишком далеки от деяний угодных Богу, в которого я и сам верил истово и всей душой. Так можно ли было называть их истинно верующими людьми? И заслужили ли они право на самом деле зваться христианами?
Не думаю, что Богу было угодно умерщвлять путём сожжения, повешения, обезглавливания, четвертования и так далее и тому подобное, людей, пусть то оборотни, ведьмы или так называемые язычники, если на самом деле люди эти не делали никому зла, живя и творя, лишь только во благо человечества. Хватало ведь и обратных, полностью противоположных им личностей, что часто посещали храмы и на виду верили и поклонялись Богу, а на самом деле только использовали веру в него для своих собственных низменных целей, а деяния и помыслы их при этом были полны неправедного греха. Так кто из этих людей был прав, а кто виноват?! Не мне судить о том, но свой вердикт я вынес уже давно, хотя у меня-то и выбора особого никогда не было, ибо я с самого рождения и даже раньше принадлежу к той нише существ, что одним только своим единственным явлением на свет божий, уже подписывают себе самим смертный приговор, подлежал немедленному и безжалостному уничтожению. А ведь это не правильно! Как там прежде сказала Сара?
«Это ведь только встречают по одёжке, а провожают-то, как известно, по уму, так что ты не смотри, что он оборотень, а лучше загляни к нему в душу».
И моё личное мнение как раз таки и состоит в том, что в этом она целиком и полностью права. Людей нужно ценить не по внешнему виду и не по праву рождения, а по их внутреннему содержанию. Только насколько бы правильно это не было, мало кто придерживается этой истины, судя людей, прежде всего, по их положению в обществе, по присущим им материальным благам, забывая порою о самом главном, о вечной и бессмертной душе.
Но это я уже несколько ушёл от темы своего повествования, а бой-то ведь между тем шёл не на жизнь, а на смерть. Довольно тривиальная фраза, но никакой другой происходящего не объяснишь, не оставляя места для размышлений в которые я и так уже ушёл с головой.
На этот раз мы даже не заметили, когда и каким образом Сара и Роза пропали. Просто когда противник отступил, их не досчитались. Они исчезли, не оставив следов. А к тому времени я уже имел возможность убедиться, что они были не просто вынужденные попутчики, а именно те, кого все присутствующие охраняли как зеницу ока.
Яков рвал и метал. Все остальные побросали телеги и тщетно носились по округе, пытаясь найти хоть какие-то следы жертв похищения. Но все их попытки остались без результата. Здесь ведь велась битва, так что следов было предостаточно, а следы отступающих к тому же и расплывались в разные стороны. Поди, угадай теперь, какие именно принадлежали похитителю. Бегство врага больше не доставляло той радости, что прежде.
Я хоть и заметил давно, что Сара и Роза имели очень большое значение для всей группы, но всё же думал, что не настолько, чтобы забыть обо всём на свете кроме них. Но всей командой, похоже, овладело настоящее отчаяние от невозможности понять, что именно произошло и как спасти спутниц.
— Светел, сделай же что-нибудь, ведь ты волкодлак. — В отчаянии попросил Яков, чем ещё больше привёл меня в замешательство. Неужели всё настолько ужасно и потеря матери с дочерью настолько велика для всех, что даже Яков позабыл свою прежнюю неприязнь. Мне отчего-то и самому стало страшно, так что аж мурашки невольно пробежались по всему телу, (хотя должен заметить пугаюсь я очень редко) словно я стал свидетелем чего-то на самом деле ужасающего.
Я несколько мгновений, не отрываясь, смотрел прямо в глаза своего просителя, затем развернулся и, молча, скрылся за стеной из деревьев, а оттуда я уже вышел чёрным волком, с неизменным мешком на шее. Я с вызовом осмотрел всех присутствующих, коли им есть, что сказать по поводу этой моей ипостаси, пусть выскажутся сейчас. Я ведь только во второй раз показался им в этом облике на глаза.
Но все молчали, сурово, но с некоторой надеждой, смотря на меня. И лишь только Тайя сделала шаг в мою сторону, чуть приоткрыв рот, словно собираясь что-то сказать. Я сразу же догадался, что именно она хочет мне предложить и тут же отрицательно мотнул головой. Я со всем справлюсь сам.
Она замерла на месте, так и не произнеся того, что собиралась.
Я же повернулся и стал обегать место нашей вынужденной остановки по спирали, пытаясь почувствовать нужный мне запах, выделяя его среди множества других. И вот я его нашёл и с места рванул в ту сторону, куда их увезли. Позади себя я слышал тяжёлый перестук Вороновых копыт. Я знал, что мой друг не отпустит меня одного, поэтому нисколько не удивился и даже не повернулся на этот звук проверить, так ли всё обстояло на самом деле. Всё моё внимание сейчас было сосредоточено совсем на другом.
Я подобрался к развалинам затемно, не видя Ворона, но зная, что он неотступно следует где-то за мной.
Глава 24. Развалины
Кто просит о помощи, да
обретёт её.
Я тихонько пробрался в развалины замка, незамеченным миновал охрану возле обвалившегося свода и как можно осторожнее, близко настолько, насколько позволяли мои скромные возможности, приблизился к ярко пылающему костру, прислушался и осмотрелся.
Почти все развалины находились в тени, за исключением разве что того крошечного клочка, что освещался светом разожжённого костра, но разве это могло помешать истинному оборотню в его желание увидеть то, что простому человеку было разглядеть не под силу.
И тут и там валялись камни, совсем крошечные булыжники и огромные валуны. Обрушившиеся не до конца стены слепыми глазницами взирали на незваного гостя, каменными изваяниями стоя в темноте. Кое-где сквозь трещины, проломы в стенах и просто между осыпавшимися каменными глыбами проглядывала редкая растительность, как трава, так и одинокие молоденькие поросли кустарника, а кое-где даже и стволы гибких молодых деревец, что теперь едва виднелись всё в том же мраке.