После первого превращения родители обязаны сообщить об этом клану, где нашим обучением занимаются специально отобранные оборотни. Кланом управляет Альфа и Совет. Вожака должны слушаться все. Кто ослушается или сделает что-то противозаконное, то его наказывают свои же, либо выгоняют из клана. Альфу сменяет более сильный оборотень, из того рода, в чьих жилах течет похожая кровь. Совет может выслушать мнение каждого члена стаи, но при выборе вожака решение принимает только Совет. Иногда бывали и бои, если было два кандидата, побеждал в этом случае более сильный оборотень. Но в наше время всё проходит мирным путем. Мы живем среди людей и подчиняемся их законам, за содеянное тоже отвечаем перед их судом. Исключения бывают, в этом случае в дело вмешивается Совет. Некоторым высокопоставленным людям известно про наше существование, но они спокойно относятся к нашему существованию, даже имеют с этого свои плюсы. Оборотни считаются самыми лучшими сыщиками и охотниками, мы выносливы, нас не так легко ранить и вывести из строя, что обеспечивает нас работой. Нашей регенерации можно позавидовать. Мы восстанавливаемся за пару минут и часов. И серебро для нас не смертельно. Пуля из этого металла, попавшая в сердце, нас, конечно, убьет. Но кого не убивают пули? Мы лишь испытываем дискомфорт при соприкосновении с серебром. В остальном мы, как люди, также едим, спим, отдыхаем, любим и создаваем семьи.
Через неделю я получаю краткий отчет про Бродскую. Агата Васильевна, двадцать лет, учится на факультете искусств на третьем курсе. Живет одна в трехкомнатной квартире, подарок от родителей, адрес, отношения с молодым человеком по имени Миша. Зверь при этом рычит, выражая недовольство. Если она встречается с кем-то, то зачем ей я? Тут что-то не сходится. Она играет на два фронта или ошибаюсь я? Надо это выяснить поскорее. Читаю дальше. Отец, точнее отчим, Родион Дмитриевич Бродский, строительный бизнес, клубы и фитнес-центры. Мать, Марина Игоревна, домохозяйка, занимается благотворительностью. Про родного отца, Василия Петровича Свободина, информацию пока не добыли, живет где-то на Урале. Подруга одна, Катя Вяземская, дочь бизнесмена Бориса Анатольевича, больше известного в криминальных кругах. Что у них общего?
Дальше идут строки про то, чем она занималась и где бывала за последние дни. Посещает клуб отчима почти постоянно, через день. А как еще потратить денежки? Я злюсь. Нет бы заняться чем-нибудь полезным, так нет, лучше по клубам развлекаться. И учиться, наверное, так, для галочки. Факультет искусств, на кого там можно выучиться вообще. Ездит на Патриоте (знаю, видел своими глазами), редко посещает магазины, рано с утра выходит на ходьбу, при себе почти всегда носит камеру (вне учебы). Это интересно, значит, не спит до полудня. Возникает дополнительный вопрос про камеру. Для чего она ей? Неужели хочет втереться в доверие и сделать снимки? Да, оказывается, я недооценил ее. Играет на два фронта, подбивает свои клинья ко мне и при этом хочет еще подзаработать на этом. Значит, она тоже имеет на меня виды, но действует более аккуратно и медленно, чтобы я ни в чем ее не заподозрил. Хорошо, посмотрим, чья возьмет.
6
Глава 5
Тарас
Мой зверь психовал и лютовал, что я еле сдерживал его. Еще сказывалось приближение полнолуния. Наши чувства и желания увеличивались во сто раз, и нам становилось весьма проблематично сдерживать наши сущности. Если ты слабее своего зверя, то в полнолуние могло случиться и такое, что звериная сущность могла захватить твой разум. И ты из человека полностью превращался в зверя, что не очень-то и приятно. Обратного пути находили слишком мало количество наших сородичей и навсегда оставались зверьми. Ближе к полнолунию, и не только, мы старались не принимать свою вторую ипостась, чтобы можно было легче контролировать зверя. Да и в наши дни не было необходимости в оборачивании. Мы не делили территории, не охотились ни за кем. Все проблемы решали власть, деньги и связи.
Всю неделю я сдерживал своего зверя, злился на него, но и поделать особо ничего не мог. Иногда и самому становилось интересно, как она там. В такие минуты моя вторая сущность ликовала и требовала немедленно найти свою пару. Истинную пару. Ведь такими вещами не шутили и не разбрасывались.
Но я тренировался много лет не просто так, чтобы идти на поводу у своего зверя. Посещал многие страны, искал разную информацию, встречался со старейшинами и вожаками стай, советовался, хватался за любую мало-мальски интересующую меня информацию, чтобы удерживать зверя, чтобы он не мог причинить вреда мне и другим. Ни в любой другой день, ни, тем более, в полнолуние.