— Предлагаю думать, перед тем как брякать! — Кулаков с прищуром посмотрел на проносящиеся машины, сокрушенно мотнул головой. — Хотел покемарить, теперь черта лысого получится.
— Кемарь, я постою, — виновато посоветовал Игорь. — До приезда начальства время есть.
— Пошел ты, умник! — Стас вынул из кармана мобильник, повертел его в руках, кивнул Лыкову. — Звони, умник, капитану сам.
— Ему-то зачем?
— Затем, что он старший!.. Начальник! А дело пахнет селедочкой! Каспийской!
— Сейчас орать начнет!
— Он на всех орет. Молодой, стерпишь.
Тот тоже полез за телефоном, стал набирать номер.
— Только не брякни, что я был в отлучке! — предупредил Стас.
Лыков прислонил трубку к уху, стал слушать длинные гудки.
— Не берет пока.
— Дрыхнет, видать, уже.
Гудки прервались, густой недовольный голос Бурлакова поинтересовался:
— Знаешь, который час, Лыков?
— Так точно, товарищ капитан, — подчеркнуто бодро ответил Игорь. — Половина первого ночи.
— Ну и чего звонишь?
— По делу, товарищ капитан. Есть разговор!
От услышанного Стас присел на корточки, стал тихо корячиться от смеха.
— Чего звонишь, спрашиваю? — раздраженно повторил вопрос голос в трубке. — Какое еще дело?
— ЧП, товарищ капитан!.. Дело чуть до стрельбы не дошло!
— Кто в кого стрелял?
— Никто не стрелял, товарищ капитан. Просто было такое намерение!
— Так чего звонишь?
— Мы их задержали. Теперь они в сарае.
— Кого задержали?
— Троих. Водителя и двух сопровождающих.
— За что?
— Есть подозрение на запрещенный груз! Кажется, селедочкой пахнет. Каспийской!
— Какой еще «селедочкой»?
— Ну, вы же понимаете… Дурью.
— Лыков… Ты ее обнаружил?
— Никак нет, товарищ капитан. Будем ждать утра.
— Так какого черта в полночь колошматишь? Вы чего там — перепились?!
— Я не пью, товарищ капитан!
— С кем ты там сегодня?
— Со Стасом Кулаковым. С лейтенантом.
— Он где?.. Опять баб пошел митрофанить?
— Никак нет… Рядом.
— Дай ему трубку!
Стас взял трубку, машинально вытянулся в стойку «смирно».
— Доброй ночи, Семен Степанович!
— Издеваешься? — взорвался тот. — Какая «добрая», если вас там колбасит? Чего этот свисток трындит в полночь? Кого задержали?
— Есть момент подозрительности, товарищ капитан, — как можно грамотнее и спокойнее ответил Кулаков.
— В чем?
— Пока неизвестно. Но мотивации имеются.
— Поэтому нужно именно сейчас гонять чертей?! До утра не можете подождать? Не терпится?
— Не подумали, Семен Степанович… Точнее, младший лейтенант не подумал. Зеленый еще… Неопытный, так сказать. Извините.
— Все! Утром буду! Не наколите только дров там, придурки!
— Постараемся, товарищ капитан. Доброго сна.
— Во-во!.. Еще чего-нибудь брякни!
Кулаков вернул трубку, со смехом крутанул головой.
— Зря деда всполошили. Как бы не приперся раньше времени.
— А чего ты на меня все валишь? — недовольно спросил Игорь.
— А на кого еще?.. Школа жизни, на ошибках старших учатся младшие, — Стас сладко потянулся, сообщил зевая: — Послушай, Лыков, а внучка у него вполне себе!
— Чья внучка?.. Семена Степановича?
— А чья ж еще?.. Наташка! Тельце как орех, так и просится на грех! Как сам считаешь?
— Никак не считаю.
— Да ладно трындеть! Когда дед привез ее, кадык в момент передернуло. Как затвор!.. Разве нет?
— Не у меня. Скорее, у Гуляева.
— Запомни, парень. Наш дорогой Гриша Гуляев — давно отработанный материал. Одноразовый шприц! А ты молодой, у тебя зорька только всходит. Если не дура, должна сообразить. Ты самый подходящий вариант.
— По-моему, дура. Как приезжает, все время с Гришкой трется.
— Есть такой момент. Но это временно. Повзрослеет, поумнеет. Любая баба — это гроссмейстер. Мужик в шашки, а она в шахматы. И гляди, кто кого обставит! — Стас снова зевнул. — Не, я все-таки придавлю подушку, а ты тут крути в оба моргала — и за дорогой, и за сараем.
Лейтенант ушел в «бунгало», Гуськов передернул затвор автомата, направился к трассе…
…В сарае узбек в беспомощной ярости обошел помещение по периметру, изо всех сил пнул ногой в каждую из стен, с разбега ринулся на дверь.
— Эй, совсем умом двинулся? — прикрикнул на него славянин, сидевший на соломе в углу. — Успокойся, охолонь!
— Успокоюсь, когда выйду отсюда!
— Как выйдешь?
— Через дверь. Фанера в два пальца! Передушим этих баранов!