— От человека.
— Вы его знаете?
— Немножко.
— Кто он?
— Не могу сказать. Меня тогда сразу убьют.
— Значит, в полиции все расскажете! — решительно заявил Гуськов. — Расскажете, они возьмут вас под защиту.
— Не надо, прошу… Час еще побуду и уйду. Обещаю.
— Сынок, можно тебя на минуту? — попросила Оксана Викторовна.
Вышли в соседнюю комнату, мать зашептала:
— Чего ты на него? Пусть пока человек останется. Куда он в таком состоянии? Что он нам сделает?
— Перережет или передушит ночью! Он же непонятный, мутный какой-то! Ни в чем не признается.
— Хорошо, согласна. Пусть живет в сарае, пока не оклемается. На ночь будем запираться.
— Все равно нужно в полицию! Пусть разберутся.
— Ага, разберутся. Так разберутся, что вообще неизвестно куда потом его денут.
На пороге комнаты появился чабан, поклонился.
— Извините, пожалуйста… Могу сказать, кто послал меня на «Волчью балку» к ментам. Мой хозяин послал. Он не калмык. Кыргыз!
— Ну и чего дальше? — не понял парень.
— Вы спросили, я сказал… Только он не должен знать, что я здесь. Очень прошу.
— Откуда мне знать, кто ваш хозяин и где он!
— У меня есть телефон. Только я немного забыл. Вспомню, скажу.
— Ваше дело, — согласился Володя. — Можете остаться у нас. Но жить пока будете в сарае. Там есть на чем спать, а попить-поесть мы принесем.
— Спасибо, — улыбнулся Бату. — В сарае лучше, никому мешать не буду.
Из окна своего кабинета Артемий Васильевич видел, как во двор на дорогом внедорожнике въехал Даниил Петрович Глушко, что-то бросил оставшемуся возле машины охраннику, вальяжным, достойным шагом двинулся к административному корпусу.
Засигналил мобильник, Бежецкий кинул взгляд на определившийся номер, с нескрываемой раздражительностью спросил:
— Да, Лариса… Что? Нет, еще не звонил. Мы с ним условились на три дня… Я тоже нервничаю, любимая, но нужно уметь держать себя в руках. Целую, детка.
В дверь заглянул помощник Вадим.
— К вам Даниил Петрович Глушко.
— Приглашай.
Войдя, Даниил Петрович снял легкий льняной пиджак, небрежно швырнул его на диван, подошел к хозяину кабинета, внимательно и изучающе осмотрел приятеля.
— Совсем ночь не спал?
— Почти.
— Так, дорогой, нельзя, — гость подошел к холодильнику, достал бутылку пива, отвинтил крышку, с удовольствием выпил почти до дна. — Как говорил классик? Холодная голова, горячее сердце, железные руки. Это у нас теперь должно быть в арсенале. И ни паники, ни расслабона! — бросил пустую бутылку в корзинку для мусора. — Как сын?.. Виталик сказал, что ты вчера вытащил его из клуба.
— Ну, вытащил.
— Может, пора уже взяться всерьез?.. Погибнет парень.
— Присматривай лучше за своим.
— Да уж присматриваю, — Даниил Петрович достал из борсетки мобильный телефон, нашел в нем что-то. — Полюбуйся.
Артемий увидел на экране парня на крутом байке, недоуменно вскинул брови.
— Ну и что?
— Так ведь сын мой! Сегодня стукнуло восемнадцать. Получил подарок.
— Делать больше не хрен, не дай бог, расшибется.
— Не-е, он у меня правильный. Здесь я спокоен! — Глушко уселся в кресло, откинув мощные ноги бывшего спортсмена. — С тестем когда встреча?
— В три.
— Почему не раньше?
— Так назначил, — раздраженно бросил Артемий.
— Хреново. Трейлер с товаром к этому времени уже загонят к следакам.
— Значит, будем топтать дорожку к следакам.
— Все равно хреново. Лишний гемор… Не в курсе, кто из ментов поехал на «Волчью балку»?
— В курсе. Полковник Миронов с командой.
— Наш человек?
— Наполовину. Но при необходимости пододвинем еще ближе.
— Может, брякнуть этому полкану, чтоб придержал трейлер на «Волчьей балке»?.. Хотя бы до вечера. А к тому времени нарисуются возможные варианты. Дело-то может завертеться вовсе не шуточное.
— Поздно. Колонна уже выехала.
— Ну и что будем делать?
— Ждать, — Бежецкий помолчал, поднял тяжелые припухшие глаза на Петровича. — Что там с девкой?
— Какой девкой? — насторожился тот.
— Которую Щур притарабанил с «Волчьей балки»… Внучка мента, капитана.
— Пока держу у себя на участке.
— Зачем?
— Пригодится. Человеческий фактор в наших делах иногда играет решающую роль.
Бежецкий вернул гостю его мобильник, услышал трель своего телефона.
— Да, Георгий Иванович… Нет, не один. Мистер Глушко у меня. Переливаем из пустого в порожнее… Показал фотку сына на крутом мотоцикле, — коротко и нервно засмеялся. — Я ему сказал примерно то же… Да, я уже в курсе. В курсе, говорю! Звони, если что. Да, при встрече кое-что расскажу любопытное. — Отключил связь, кивнул Даниилу Петровичу: — Тебе привет.