— Пока никого еще не задержали, но задержат обязательно. Для того нас и вызвали!
— Извините.
Бежецкий бегом бросился в сторону входа в клуб, протолкался сквозь шумную толпу посетителей, напоролся на бугая-охранника при входе.
— Куда ломишься, папаша! — оттолкнул его охранник. — Адресом ошибся, что ли?
— Пошел вон!
Артемий Васильевич в ярости попытался снести его с пути, завязалась толкотня, и тут отец увидел Костю.
Сына тащили к выходу два дюжих полицейских, следом со смехом и улюлюканьем волочилась любопытная и прикольная молодежь, кто-то пытался помешать стражам порядка, отбить задержанного.
Костя был, как говорится, никакой. Почти не сопротивлялся полицейским, вяло перебирал ногами, словно пританцовывал, вертел по сторонам головой, приветствовал знакомые лица.
Бежецкий кинулся навстречу, вцепился в переднего офицера.
— Это мой сын… Отпустите его!
— Спокойно, господин! — оттолкнул его тот. — Отойдите, не мешайте выполнять служебные обязанности!
— Но это мой сын!
— Сын — дома!.. А здесь — задержанный!
— На каком основании?
— Гляньте на это животное и попробуйте догадаться.
Костя среагировал наконец на отца, заулыбался, попытался полезть с объятьями.
— Самый любимый, самый дорогой, самый гнусный мой папашка… Дай я тебя укушу!
Полицейские оттащили его, выволокли наконец на улицу, повели в сторону автомобиля.
Костя оглядывался, махал вялой рукой оставшимся.
— Гуд бай, нарики!.. Гуд бай, насекомые! Не скучайте, я скоро вернусь. Папенька выручит! Бай!..
Бежецкий увидел вдруг высокого, статного дружка сына, Виталия Глушко, глуповато и растерянно спросил:
— Виталик, здравствуй… Что с Костей?
— Да то же самое, что и всегда, — с ухмылкой ответил тот. — Но на этот раз круче.
— Передоз?
— Почти. Хорошо, что приехали. Его в ментовку нельзя без присмотра, в обезьяннике откинет лапти. Лучше домой и немедленно лекаря.
— Но ты же друг! — вдруг вцепился в его футболку Артемий. — Куда ты смотрел?.. Почему не помог? Не помешал? Не убедил?
— Спокойно, Артемий Васильевич, — отодрал его руки парень. — Во-первых, пробовал… А во-вторых, кто я ему?
— Друг!.. Лучший друг!
— А вы отец… Попробуйте, может, у вас это лучше получится.
— А ты тоже… тоже на дурь присел?
— Не дождетесь, Артемий Васильевич, — усмехнулся Виталий. — У меня пока компас с курса еще не сбился. Помните лозунг вашего вождя: «Верной дорогой идете, товарищи!» Вот я иду. С оглядкой, правда, но иду.
— Отец знает, что ты тусуешься в этом гадюшнике?
— Я не тусуюсь, Артемий Васильевич. Я припер выручать вашего сынка… Вы лучше с ментами перетрите, чтоб его отпустили. А то и правда, как бы не сыграл в бушлатик из досок!
Бежецкий хотел что-то ответить, но оставил Виталия, направился к полицейской машине, в которую уже загружали Костю. Выбрал старшего по званию, тронул за рукав.
— Можно вас?
— А какие проблемы? — довольно агрессивно огрызнулся тот.
— На минуту… Пожалуйста.
Шагнули в сторону, Артемий Васильевич представился.
— Я хозяин областной овощной базы… Фамилия Бежецкий. Наверно, слыхали?
— Допустим. И что дальше?
— Отпустите парня… Отблагодарю как могу. Можете записать мой телефон.
— А зачем он мне?
— Для непредвиденных ситуаций… У каждого из нас бывают разные ситуации. Как у меня, например.
— Правда, что ли, сын?
— Сын… Такая вот беда.
— Но он у вас наркоман. Причем законченный.
— Понимаю. Знаю. Вижу… Но зачем арестовывать? Его лечить нужно! Срочно, немедленно!
— А чем до этого занимались?
— Недоглядел, не уследил… Сошелся с другой женщиной, парень немедленно с катушек, — Бежецкий просительно посмотрел на полицейского. — Пожалуйста… Он не барыга! Не торгует, никого не подсаживает. Никому, кроме родителей, не приносит вреда. Он всего лишь жертва. Несчастный молодой человек, который может не узнать, что такое жизнь.
Бежецкий вышел из комнаты, где спал, свернувшись клубочком, сын, вопросительно взглянул на доктора.
— Когда вас ждать?
— Утром, — ответил тот, пряча инструменты в чемоданчик. — В восемь утра устраивает?
— Вера… Ты будешь дома в восемь? — спросил Артемий бывшую жену, красивую женщину, состарившуюся раньше времени.
— Я все время буду, — промолвила та, глядя на Бежецкого пусто и небрежно.
— Если серьезно, парня нужно срочно госпитализировать. У него пограничное состояние. Еще один подобный срыв организм не выдержит. Решайте, пока неотложка у подъезда.