- Миа, пожалуйста…там Элла…
Мы незамедлительно отправились вниз. У Эллы началось кровотечение. Я попросила всех выйти, кроме мамы. Она очень нервничала, плакала и часто дышала, была вся потная. Я села рядом с ней, взяла ее за руку.
- Элла, мне нужно, чтобы ты успокоилась. Дыши ровнее.
Она послушала меня и начала пытаться дышать глубже. Ее ночнушка смялась у ног. Простынь стала покрываться багровыми лужами.
- Вот, черт.
- Мы будем рожать. – Мама посмотрела на меня с ужасом.
- Тогда, нужно сначала родить. Только потом я смогу помочь. Дыши, Элла. – Я боялась, что если вылечу ее, то возможно помешаю процессу родов, и тогда ребенок мог пострадать. Ведь исцеление не происходит частями, оно происходит путем оздоровления организма в целом. Время шло на минуты.
Элла очень старалась, но никак не получалось. Схватки уже были непрерывными. Было сильное кровотечение.
- Ну что же ты, малыш. Мама же совсем слабая. – У Эллы уходили последние силы.
- Постарайся, Элла. Еще чуть-чуть. – Мама принимала роды.
Нам приходилось лишь ждать. Слуги меняли простыни каждые полчаса. Эмет с ума сходил, видя эти окровавленные простыни. Я представила, что, возможно, мне тоже придется пройти через это. Если бы я и решилась подарить кому-то дитя, то только Дэймону.
Через некоторое время мама подозвала меня. В полголоса она сказала:
- Пуповина обмоталась вокруг шеи малыша. Я не знаю, что делать, Миа. А у Эллы кончаются силы. Она вся бледная. Малыш не хочет выходить.
Эта новость означала, что нас ждет печальный исход. Нужно было принимать решение: либо жизнь Эллы, либо дитя. Слуги позвали Эмета – он был шокирован. Он не смог принять решение. В тот момент Элла еще старалась, хоть уже и не понимала, что происходит вокруг.
- Миа, сделай что-нибудь! – Кричал Эмет.
- Я не могу, Эмет. Если я вылечу ее, ребенок умрет.
Как нельзя вовремя появился врач акушер – женщина лет шестидесяти в светлом одеянии, довольно полная.
- Я спешила, как могла. – Сказала она, подходя к Элле.
- Надо резать. – Врач потянулась за своим огромным сундуком с инструментами и лекарствами.
- Нет! – Крикнул Эмет.
Акушер посмотрела на него сквозь свои круглые очки и ответила:
- Она все равно умрет. А дитя спасать надо.
В наше время рождение детей – испытание для всех членов семьи. Если что-то пошло не так, это означало, что либо дитя не выживет, либо оба.
- Если вы поторопитесь, я успею спасти ее. – Сказала я.
Это была очень страшная картина. Я старалась не смотреть. Через несколько минут мой племянник родился. Семимесячный ребенок был очень маленьким, слабым и беззащитным. Но Элла почти не дышала. Возможно, я еще могла помочь.
- Зашивать нет смысла, она не выживет. – Томно сказала акушер, занимаясь новорожденным.
- Нет, зашивайте! – Прорыдала мама. – Скорее!
Акушер отдала дитя и приступила. Элла была холодной, а кожа синей. Я не стала дожидаться, пока акушер закончит – надо было действовать.
- Прошу Вас, отойдите.
Но акушер не слушала меня. Зашел Эмет и сел рядом с Эллой. Я села на другом краю кровати и прислонила ладонь к ее лбу. Ничего не происходило.
- Как? – Я не могла в это поверить.
Я попыталась снова. Не вышло.
- Почему ничего не происходит? – Эмет догадывался о том, что я затянула с исцелением.
Он прислонил голову к ее груди – сердце не билось. Он заплакал. Я растерялась и тоже не смогла сдержать слез. Но каким-то образом, я поняла, что это не конец. Ко мне пришло знание того, что я могу вернуть ее. Время как будто остановилось – все замерли, комната озарилась голубым светом, будто луна осветила ее. Я увидела Эллу – она стояла рядом со своим телом. Я взглянула на нее и сказала ей:
- Вернись к своему ребенку. – Мои слова звучали тихо и медленно.
Позади нее стояла черная фигура. Но я его не испугалась.
Тут же все пришло в норму, и Элла громко вздохнула. Она начала кричать от боли. Теперь я могла ее вылечить. Но мне было не по себе.
Я вышла из комнаты, пока все были полны счастья и радости, что Элла цела и невредима.