- Я надеюсь, что когда он выздоровеет, то станет прежним мистером Рэндольфом, к которому мы привыкли, а не его копией, сделанной в Китае.
- Все, так и будет. Спасибо за кофе, Лив, потому, что на обед мне рассчитывать сегодня не приходится.
- Ой, я совсем забыла, мне нужно было позвонить в два часа в благотворительный фонд, и сообщить, что мероприятие будет перенесено. Быстрого завершения работы. Если захочешь перекусить, скажи мне, пообедаемвместе.
- Хорошо, я приму к сведению твое предложение.
Когда Оливия ушла, Грейси погрузилась в работу, ей предстояло подписать договора, оформить заказы, назначить премии отличившимся в этом месяце сотрудникам. Когда Грейси завершила основные дела, на улице уже стемнело, а в глазах ужасно рябило. Оставив просмотр и сортировку списков новых постояльцев на завтра, девушка решила отправиться домой. Она уже покидала гостиницу, когда какой-то мужчина позвал ее по имени. Голос показался Грейси знакомым, и когда она обернулась,чтобы узнать, кому она понадобилась,сумочка выпала из ее рук. Высокий мускулистый брюнет, одетый в серые джинсы и синюю футболку, направлялся к ней. Мужчина провел руками по коротким волосам, и девушка, подумала, что даже через столько лет Ник не избавился от своей привычки. Она затаила дыхание, потому что паника уже начинала душить ее и девушке потребовалась вся ее сила воли, чтобы не сбежать от оборотня, приближающегося к ней быстрым шагом.
У нее начались галлюцинации? К ней явился призрак? Или Нику удалось спастись, и избежать смерти в той кровавой схватке? Ладони Грейси вспотели от волнения, а кровь при этом заледенела, обжигая неистовым холодом изнутри. Девушка смотрела на мужчину широко раскрытыми глазами, пытаясь вернуть контроль над собой.
- Грейси, я уже не надеялся, что когда-нибудь увижу тебя. Ты тоже отдыхаешь в этом отеле?
- Здравствуй, Ник. Я здесь работаю. Извини, мне нужно идти.
Мужчина схватил ее за руку и притянул девушку к себе, уничтожив тем самым все шансы на побег. Грейси попыталась освободиться, но когда охранник заметил это, сразу же прекратила попытки оттолкнуть старого знакомого. Девушка не хотела привлекать к себе внимание, к тому же она не желала, чтобы оборотень скомпрометировал ее перед коллегами. Ведь он знал о ее детстве все, а люди, с которыми она работала, жили в счастливом неведение.
- Грейси, нам нужно поговорить.
- Прости, Ник, но я не вижу в этом необходимости. Может быть, ты уже отпустишь меня?
- Я хотел рассказать о твоих родителях, ведь ты не знаешь, что произошло на самом деле.
Девушка опустила голову, чувство вины захлестнуло ее, а в сознании вспыхнули многочисленные проклятия, которые она выслушивала от близких людей. Ей не хотелось говорить на эту тему и вновь переживать события, которые она тщетно пыталась забыть, но это было ее долгом. Грейси поняла, что ей необходимо узнать правду, независимо насколько горькой она будет, и тогда, возможно она сможет жить дальше как нормальные люди или умрет окончательно. При саморазрушении наблюдается такая особенность - ты страдаешь и существуешь на грани, а этот процесс медленно убивает тебя, но при этом не лишает жизни. Это была казнь, в которой Грейси была и приговоренной и палачом одновременно.
Ник сделал несколько шагов назад и встал, ожидая ответа от девушки, и кивнув ему, Стоун направилась к двери. Они медленно шли по улице, и девушка пыталась привести мысли в порядокдо того как начнется болезненная беседа. Для разговора Грейси выбрала уединенное кафе, расположенное в нескольких кварталах от места ее работы.Она наконец-то могла нормально поесть, но аппетит вдруг куда-то исчез. Заказав себе минеральную воду, без газа Грейси наблюдала как Ник, с удовольствием уничтожает огромную порцию ростбифа. Все это время мужчина рассматривал Грейси, и она думала, что он пытается обнаружить.
- Ник, что ты хотел рассказать мне о моей семье?
- Грейси, в тот день когда мы расстались, я не хотел причинять тебе боль. Твой отец заставил отказаться от тебя. Я знаю, я виноватперед тобой потому, что должен был бороться за нашу любовь, но тогда я был молод, а ты была дочерью вожака.
- К чему заводить разговор о том, что давно утеряно? Меня интересует совсем другие подробности.
- Извини. Просто все взаимосвязано. Я поступил по отношению к тебе, как последняя скотина, ты связалась с человеком и чуть не погибла из-за этого. Твой отец знал о ваших встречах, и хотел уничтожить всю деревню, но все вышло иначе. Он проиграл. Старейшины пытались уговорить его уйти, но Артан не собирался идти на встречу и обвинил их в слабости. Произошел раскол, многие оборотни покинули стаю, остались только твои родители и приспешники вожака.
- Так о нападении знали заранее?
- Да, но Артан думал, что он всемогущий и люди не посмеют бросить ему вызов.
Грейси прикусила губ, так что на ней выступила капелька крови, но она не почувствовала боли, прибывая в состоянии шока. Все это время, девушкасчитала, что вся стая погибла, а ответственность за многочисленные смерти лежит на ее совести. Конечно, это не было полным оправданием, ведь если бы она не встречалась с Патриком, то возможно люди бы не стали преследовать оборотней. Но по крайней мере вер-вольфы знали об опасностии у них был шанс выжить, ее семья этой возможностью не воспользовалась. Несмотря на причиненную боль, девушка скорбела по своим родителям, и жалела, что потеряла их.
- Я думала, что ... Врочем это уже неважно, - с грустью в голосе произнеслаГрейси.
-Ты не хочешьзнать, как сложилась жизнь остальных семей? Что было со мной?
- Ник, я не хочу тебя обманывать. Я не собираюсь возвращаться к прошлому, у меня другая жизнь, в котором нет места для людей из прошлого.
- Я не человек, Грейси, а оборотень.
- Это ничего не меняет. Наши пути разошлись очень давно.
- Но теперь судьба столкнула нас вновь. Неужели ты этого не видишь?
- Передай привет, Каре.
Грейси оставила деньги на столе, и повернувшись к Нику спиной, направилась к выходу. Когда-то она доверяла ему и дорожила их дружбой, но все это было до того, как он отказался от нее. Теперь Ник Синклер просто старый знакомый, с которым у нее нет ничего общего, кроме истории, закончившейся трагедией. Грейси была благодарна мужчине, что он не стал преследовать ее, сейчас она хотела побыть в одиночестве, чтобы разобраться в себе, или, по крайней мере, попытатьсяэто сделать.
Вечером в Нью-Йорке было так же шумно, как и днем, люди заполняли улицы, превращая город в огромный муравейник. Грейси не замечала сияющих вывесок магазинов, не видела ярких плакатов наружной рекламы, она торопилась к себе в квартируи вскоре перешла на бег. Девушке нужно было почувствовать себя защищенной, слишком большим потрясением оказалась для нее встреча с Ником. Придя домой, девушка приготовила себе горячий кофе и, завернувшись в плед, села в кресло. Она поднесла чашку с обжигающим напитком, но не смогла сделать и одного глотка потому, что рука дрожала, а зубы стучали о фарфор. Крупная дрожь сотрясала все тело девушки, и на какой-то миг она вновь перенеслась в Шотландию. От нахлынувших воспоминаний девушка закричала, и в этом звуку отразились боль, страх и отчаяние. Она кричала, не в силах отделить прошлое от настоящего, жестокие картины сменялись, затуманивая разуми превращая девушку в рабыню прошлого. Грейси охрипла, но не могла остановиться, а затем впала в счастливое забытье. Потеряв сознание, девушка повисла на спинке кресла, словно тряпичная кукла.
Грейси открыла глаза и поняла, что все мышцы затекли, а голова раскалывается от сильной боли. Попытавшись встать, Грейси застонала от боли, потому что в правую ступню вонзился осколок от разбитой чашки. На пледе и ковре остались следы, от пролитого кофе, а пол был усыпан разбитым стеклом. Кое-как ей удалось, встать и пройти, не поранив при этом ноги. Девушка принялась наводить порядок в комнате, пытаясь не думать о том, что привело ее к таким последствиям. Бросив взгляд на часы, Грейси поняла, что опаздывает, причем впервые в своей жизни. Она приняла ледяной душ, чтобы хоть как-то взбодриться и начала собираться на работу. Соблазн позвонить в отель и сообщить о мнимой болезни был слишком велик, чтобы она могла ему с легкостью сопротивляться, но все же Грейси не стала лгать. Она приехала на работу, опоздав на несколько минут, и Оливия многозначительным взглядом окинула ее с ног до головы.