— Что теперь, Рид? — спросил Люк, отец Алекса.
— Теперь обороты запрещены без контроля сторожевых. Пока они не убедятся, что на нашей территории никого нет, вход в лес волкам запрещен.
Повисла тишина. Чаще всего стая выходила вместе. Чаще всего.
Сторожевыми стаи были Тревис и Дирк, долгое время к семье Мартинов относились с подозрением после того, как их дядя Фред предал стаю. Но Рид все изменил, он поставил их заслуги и способности выше предубеждений. И никто не мог поспорить, что братья Мартин лучше всех чувствовали приближение чужаков.
— Это будет касаться всех? — с дальнего угла скамейки послышался каркающий голос мистера Вилсона.
Стоящие рядом расступились, чтобы его стало видно. Старик прищурил глаза с недоверчивой усмешкой, окидывая взглядом собравшихся. И мне почему-то показалось, что на мне его взгляд задержался подольше.
— Всех без исключения, — ответил жестко Рид, давая понять, что тема закрыта.
Я почувствовала пристальный взгляд Алекса и нехотя повернулась. Он стоял по другую сторону стола. Этот взгляд мне был понятен. Так и читалось — это касается тебя. Я закатила глаза и отвернулась. Вот не надо мне этих поучений, лучше контролируй свою волчицу.
Я могу держать ее под контролем, если рядом нет тебя.
Глава 6. Ожидание перемен
— Это же скучно, — ныла я Ларк, идя за ней следом.
Она собирала травы, а я тащила корзинку с видом, словно она весила тонну. Я немного разбиралась в травах, но выискивать их не любила. Зато Ларк, не обладающая и половиной моего чутья, шла как гончая. Она знала, где искать.
На самом деле идея ее сопровождать была моей. Я хотела разузнать про настроение брата. Все чувствовали напряжение вожака, но лезть к нему открыто — это значило усугубить ситуацию.
— Конечно, лазить по лесам с туристами гораздо веселей, — хмыкнула она.
Она знала о моем нежелании заниматься ни травами, ни счетами. И много раз выступала буфером на семейных воскресных ужинах, где собирались семьи Куперов и Дормеров. Сегодня как раз был такой день.
— Конечно! А находить потеряшек еще забавней. Бесит, что и тут дискриминация.
— Ты знаешь почему. Не выделяйся. Особенно сейчас.
Я вздохнула, знала, конечно. Чудо-девушек не существует, повторяла я себе. Не нужно пугать простых смертных. С ними нужно быть нежными и ласковыми, как с маленькими детьми. Особенно сейчас.
— Да я и не выделяюсь. Живу скромно и не отсвечиваю. Но заниматься таким — это унылое… — под пристальным взглядом Ларк я себя оборвала
— Саймону нравится.
— Ну, он определенно не душа компании. Интроверт, — я сняла паутину со своих волос.
— А ты лучше? Живешь одна, стала похожа на бабушку Купер. Она поэтому, видимо, в лес и сбежала. Возвращайся в дом Дормеров, к бабушке с дедушкой. Рид переживает, что тебе там одиноко.
— Она сбежала не из-за меня. Да если бы я там не жила, то она бы вообще не возвращалась.
— А тут ей приходится вернуться, чтобы покормить тебя, как брошенную кошку, — улыбнулась Ларк.
— Точно. Так что я сохраняю баланс в нашей стае. Кстати, об этом… Как он?
Ларк не нужно было пояснять. Она обернулась в сторону нашего дома, словно могла увидеть мужа сквозь деревья и расстояние.
— Переживает.
— Много недовольных?
— Да нет. Открыто, кроме мистера Вилсона, никто не выступал. Но это не значит, что не будут это делать тайком.
— Я могу их понять. Чувствую, что зажата в тиски. Это напоминает клаустрофобию. Отовсюду лезут люди.
— Кира, — в голосе звучало предупреждение.
— Я просто сказала. Не буду я головной болью Рида. Ему и дедушки Алекса хватит.
Ларк приобняла меня рукой и склонила голову к моему плечу.
— Мне правда жаль.
Она слегка сжала мое плечо, и в этом жесте чувствовалась жалость. Когда мы успели поменяться местами? Когда полукровки стали чувствовать себя свободней?
Вскоре мне надоело ходить по следам Ларк, и я потеряла ее из виду. Корзина была на четверть заполнена, но я не прилагала усилий для поисков. Лишь когда вышла к болотистому участку, где по краям росла вахта трехлистная. Пожалуй, ее будет достаточно, чтобы заполнить корзинку до верху и закончить прогулку.
Я свернула толстовку и села на нее возле ближайших цветов. Красивые. Я потрогала маленькие белые цветочки, которые потом будут нас лечить от головных болей и станут основой успокоительных отваров Сары. Руки механически работали, а мысли были далеко отсюда.
— Смотрю, ты стала больше заниматься знахарством.
Приближение старика я почувствовала давно, всегда возникал словно гриб из-под пня. И что только дома не сидится, как моему дедушке. Я вздохнула и обернулась, натягивая вежливую улыбку. Мистер Вилсон стоял в отдалении, сложив руки за спиной. Привычный кардиган затейливой вязки в этот раз вишневого цвета застегнут на все пуговицы, у горла высокий воротник рубашки, темные брюки заправлены в коричневые угги. Обычная прогулка джентльмена за семьдесят — ничего подозрительного.