— Они иные. Они отрекаются от человеческого, но и со зверьем не близки. В наших краях считали, что духи забирают их на защиту леса.
Все после слов старика посмотрели на Ба. Никто не знал больше нее. Но она молчала. Или была согласна, или с такими случаями не сталкивалась. Ведь в нашей стаи никого не забирал лес.
До этих пор.
Мама ушла, она выбрала путь волка, забыла дорогу в человеческий мир. Волки верны своей любви, но они сильнее людей. То, что раздавит человека, способен вынести волк.
Любить так сильно — это страшно. Я вытерла слезы, которые подступили к глазам. Иногда я жалела, что любовь мамы к отцу была сильней любви ко мне. Но я продолжала носить ее браслет.
Глава 7. Неизбежность
Этим вечером ужин все-таки состоялся и частично благодаря блюдам Сары. Но намного позже, поэтому Морган клевал за столом.
Хотя с таким же успехом можно было подносить к столу и тот подгоревший мясной пирог — аппетита ни у кого не было. Ларк увела Моргана спать в пустующую комнату Рода, Ба перебралась на кресло поближе к огню в камине. Остальные сидели за столом и тихо переговаривались, словно если сказать чуть громче, то тревожные мысли оживут.
— Насколько все серьезно, Род сказал? — спросил Рид.
— Новости, как всегда, и половины не отражают. Есть несколько лабораторий, и там далеко не такие мирные цели, как нам показывают. И не такие мирные способы, — рассказывал дедушка.
Он стал еще мрачнее после того, как они вернулись с бабушкой. А я была уверена, что дядя и половины не рассказал, чтобы не тревожить стариков.
— Он говорил, что у него подозрения. Но тогда людям не удалось выйти на след оборотней, — Рид сохранял спокойствие. — А сейчас?
— Он уже не уверен. Но точно знает только, — дедушка сделал паузу, взглянув на второй этаж, — о полукровках.
Все замолчали. Думаю, мысли были у всех схожи. Как много в мире людей полукровок? И как много из них знает, где находятся их родные стаи. Некоторые полукровки даже не подозревали о своем естестве, но были и такие, как Ларк. И они были опасней всего.
— Полукровки или нет… — подала голос Ба с кресла. — Люди почувствовали запах наживы, и теперь их ничего не остановит.
— И что же теперь? — бабушка Норма не усидела на месте и начала хлопотать, собирая посуду. Только вот приборы упали, а стопка тарелок опасно накренилась.
— Давай я, — забрала у нее посуду и отнесла на кухню, прислушиваясь к разговору.
На кухне было темно. Я не стала включать свет, прекрасно ориентируясь и так. Соскребла остатки еды в мусорное ведро и сложила посуду в раковину. В окне сбоку от мойки виднелись огни других домов. Сколько сейчас также сидят вместе с семьей и переживают за будущее стаи. Нет, за будущее всех оборотней. Захотелось увидеть Марту, Рока и… Алекса.
— Что теперь, Рид? — спросил дедушка.
Он плохо переносил подвешенное состояние. Этот человек жизненно нуждался в стабильности, в четких схемах и ориентирах. Несмотря на возраст, он легко доверился новому вожаку не столько из-за силы, а потому что закон. Так должно быть.
— Будем жить, как и раньше. Охранять свои земли и не привлекать внимание людей, — ровно ответил Рид.
Его взгляд поймал меня, когда я выходила из кухни. Поймал и припечатал, как и кухонная дверь, которая качнулась в обратную сторону и ударила меня в спину.
— Будем сидеть и ждать, когда они найдут нас здесь? — не удержавшись, спросила я.
— Будешь, — жестко повторил Рид, а потом добавил, повернувшись в сторону дедушки. — А остальное оставьте мне с Родом.
Дедушка выглядел мрачно, но все же согласно кивнул. Оказывается, ожидание может уживаться со смирением. Он продолжал ждать, но смирился с тем, что его сын выбрал другой путь. Там, в мире людей, среди огней большого города он помогает таким, как мы. Он наши глаза и уши в мире врагов.
Мы засиделись до глубокой ночи. Никому не хотелось возвращаться в тревожную тишину собственных домов.
— Я присмотрю за ним, — повторила бабушка Норма Ларк, когда та у входа с сомнением посмотрела на лестницу на второй этаж. Моргана будить не стали, решив оставить ночевать тут. — Идите отдохните.
Рид обнял девушку со спины, успокаивающе поглаживая по всей длине рук.
— Только представь никакого прыжка с разбегу утром в нашу кровать, — сказал он с улыбкой.
Ларк, осознав новую перспективу, развернулась и потянула мужа за руку.
— Уговорил, уходим.
Ситуация разрядилась, все рассмеялись.
— Деда, ты напрягся, — я улыбнулась.
Он похлопал себя по животу, тот не выпирал, но дедушка его с любовью взращивал и оберегал.