На меня так посмотрели. В его глазах так и читалось «ты итак не мужчина». Мне даже стало бы смешно, если не было так смущающе! У меня щёки очень сильно обожгло и пришлось положить на них прохладные ладошки. Это уже вызвало у пушистого защитника непонимание и любопытство.
- Не заставляй меня говорить, как девушка становится женщиной, меня эта тема ещё слишком смущает, чтобы легко её развивать! – вскрикнула я, но быстро взяла себя в руки, делая и голос тише – не дай Боги услышат внизу, засмеют же! Зато волчару услышанное удивило! Вскинул голову, навострил уши и захлопал глазами. – Да, - согласилась с его вопросительным видом, - инициация – это именно первый раз, познание девушкой мужчины.
Не сразу поняла, почему это так обрадовало оборотня. А потом дошло: он оборотень, а я его пара – ему желанно то, что я нетронута, это почти гордость для мужчины его сословия. Нет, пару они примут любую. А нетронутая – это тихое счастье. Тихое счастье стать для неё самым важным даже в близости.
- Но всё не так просто, - остудила я этого…Боги, так хвостом развилялся, что больше на пса стал походить, чем на лютого волка! - Ведь если решившая пойти на инициацию девушка будет хоть немного против самого действа, а мужчина не остановится, и всё равно случится, то не быть силе – источник просто выгорит, забирая с собой вообще все силы. Только пустота. А у некоторых и смерть.
Вот это уже ему не понравилось. Прям расфыкался, разрыкался! А потом как графкнул, я аж вздрогнула – это-то его и успокоило, заставив прижать уши, словно извиняясь.
- Я всегда бы против. Не потому, что не хочу обрести силу, нет, - признание отчего-то далось мне легко в этот раз. – Потому что не хотела отдавать себя совершенно неизвестному мужчине. Да и потом, все выбранные Советом инициаторы… Им за это платят. И быть такому отданной – было бы низко и обидно, как по мне. Вот я и отказывалась каждый раз, вызывая недовольство всех, кроме семьи.
Меня лизнули по щеке, а потом прижались головой к животу, позволяя себя обнять. И волк вдруг такой звук издал, будто успокаивающе нарыкивал что-то, чем вызывал щемящее тепло в груди.
Кажется, бабушка снова оказалась права.
В этот раз я смогу.
Глава 11.
А может и не смогу.
Ночь Лютиницы уже сегодня! Я сама почти не отдыхавши и не спавши, а к ней нужно готовится. И ладно бы я! Мой избранник во животной ипостаси, и неизвестно, успеет ли принять человеческую к нужному часу!
- Слушай, - осторожно позвала волка, тот поднял голову и внимательно посмотрел в ответ, - а ты сможешь до полуночи принять человеческий вид?
Оборотень повернул голову по-собачьи – не понял.
- Сегодня будет прекрасная ночь для Лютиницы, и мне нужно будет, чтобы ты помог, - чёрт! Только не краснеть! – Там особый ритуал, который ведьма или ведунья должна проводить только с избранником… - на меня посмотрели скептически, если животное вообще способно такое передать своей мордой. – Иными словами, сделать это с женихом или мужем.
Вот теперь до него дошло, пусть и не до конца. Но последние слова его очень даже обрадовали! Снова забил по бокам хвостом, навострил уши, выпятил грудь вперёд и… резко прижал уши к голове, склонил голову и так просяще заскулил! Заскулил!
- Да! – не знаю как, но я поняла, зачем он это делает. Он просто слишком рад и не верит, вот и как бы переспрашивает. – Ты мне нужен там, как мой жених, как моя пара. Больше никогда и ни с кем я не смогу пройти этот путь… Так ты, согласен?
Оборотень задумался. Ну, я настаивать не буду. Даже если у него не получится принять вид человека к нужному времени, то до следующей Лютиницы ещё год – успеем! Это я ему и сказала и попыталась встать, но меня остановили, положив лапу на колени. Хм?
- Это ты так хочешь сказать, что постараешься? – приподняла я бровь, а он кивнул. – Спасибо, - скинув его лапу, я обняла его за шею, а потом всё же поднялась. – А пока пойдём поедим. Нам силы понадобятся.
Обед – скорее поздний завтрак для этих мест - прошёл в плотном кругу семьи. Меня расспрашивали о том, как я провела всё это время, чего достигла, где теперь живу и чем занимаюсь. Я всё рассказала, особо и не таясь. Вот только…