Серый хищник выглянул из-за ствола, сверкнув глазами, и тут же исчез.
- Ну, чего ждете? – засмеялась женщина. – Проходите, коль пришли.
Женщина хлопнула в ладоши, и сотни светлячков взвились в воздух, освещая дорогу.
На холме стоял каменный дом. Раэн ожидала увидеть покосившуюся избушку на курьих ножках, но уж никак не поместье с черепичной крышей и террасой. У окованной железом двери горели масляные фонари, освещая площадку, вымощенную крупным камнем. От двери метнулась тень. Крупный черный пес с треугольными висячими ушами уселся рядом с хозяйкой, всем видом давая понять, что гостям он не рад.
Хозяйка оказалась немолодой, но еще полной сил женщиной, в опрятном длинном платье с расшитым цветами передником. На круглом лице сияли ярко-зеленые глаза потомственной ведьмы, обрамленные густыми темными ресницами.
- Здравствуй, Хелла, - поздоровался бард. – Надеюсь, мы не причиним тебе неудобств, если останемся переночевать?
- Я еще не выжила из ума, чтобы пускать всю эту братию в свой дом, – женщина уперла руки в бока.
Грета, до последнего державшаяся в седле, не выдержала и сползла на землю.
- Да шучу я, не нужно обмороков, - скривилась Хелла. – Коней привяжите за домом и заходите уж.
Волк сунулся было к двери, но черная собака вздыбила шерсть и глухо зарычала.
- Э, нет, волчек-братик, - покачала головой женщина. – Тебе в дом нельзя, баргесты волков не жалуют.
Волк склонил голову набок, будто обдумывая услышанное, и послушно потрусил за дом в поисках ночлега.
- Баргесты? – переспросила Раэн, разглядывая собаку.
- Они самые, - улыбнулась женщина. – Призрачные псы болот.
Собака в подтверждение ее слов зевнула, обнажив два ряда острых белых зубов.
Эллар хмыкнул, бесцеремонно распахнув дверь в дом.
Аромат приправленной шафраном и базиликом похлебки доносился из котла на очаге, а из полукруглой печи вкусно пахло клюквенным пирогом.
Сам дом показался Раэн образчиком чистоты и уюта. Три просторных комнаты и кухня освещались масляными фонариками, а убранству мог позавидовать любой городской купеческий особняк.
- Девушку несите на кровать, - распорядилась Хелла. – А сами топайте прямиком во двор, к колодцу, да хорошенько помойтесь. От вас так смердит, что у моих баргестов едва нюх не отбило.
Мужчины смущенно и покорно вышли из дома, побросав седельные сумки у входа.
- А ты что стоишь? – обратилась ведьма к Раэн. – Или княжнам особое приглашение надобно?
- Прошу прощения, - окончательно смутилась Раэн, и мышью вышмыгнула во двор.
У колодца было на что посмотреть. Четверо мужчин в одних бриджах обливали друг друга ледяной водой, сопровождая весь процесс заковыристыми ругательствами. Судя по едкому запаху полыни, кто-то из них уже воспользовался средством от блох, которое предназначалось волку. Душистое лавандовое мыло кочевало из рук в руки, то и дело выскальзывая на землю. Фьори как раз лил на голову Эллару воду из деревянной кадки, а эльф отфыркивался и отплевывался, тряся головой. Лех, худой, как жердь, разительно контрастировал с мускулистым, широкоплечим Гансом. Каждый из них мог похвастать множеством шрамов, однако первенство все же оставалось за Элларом.
- И от кого же тут пахнет полынью? - посмеиваясь, спросила Раэн.
- От всех, - пожал плечами Ганс. – После городской канализации это обычная мера предосторожности. Будешь?
Он протянул ей флакон с золотистой жидкостью.
- Нет уж, благодарю, - отмахнулась Раэн.
Ганс, Фьори и Лех наскоро вытерлись льняными полотенцами и направились к дому.
Раэн сняла куртку и тут же поежилась под прохладным ночным ветерком.
- Мне отвернуться? – с кривой улыбкой спросил эльф.
- Конечно, - ехидно процедила Раэн. – Мы же теперь вроде как не вместе.
- И как ты собираешься обливаться водой в таком случае? – хмыкнул Эллар. – Нырнешь в колодец?
- Как-нибудь управлюсь, - фыркнула княжна, стаскивая сапоги.
Дождавшись, пока Раэн останется в рубашке и бриджах, эльф резко окатил ее ведром ледяной воды. Раэн взвизгнула. Затем, не растерявшись, схватила кадку, и выплеснула ее на эльфа в ответ.