Мокрая одежда прилипла к телу, от ветерка по коже забегали мурашки, а зубы принялись выбивать барабанную дробь. Раэн, не смущаясь, сбросила одежду, и повернулась к эльфу спиной.
- Спинку потри, - бросила она через плечо.
Эльф, улыбаясь, выполнил просьбу, как бы невзначай скользнув рукой ниже спины.
- Эй, перестань! – смеясь, возмутилась она. – Нашел время. Я, вообще-то, умираю с голоду, и ни о чем, кроме еды, думать не могу.
- Угу, - согласился эльф, и поцеловал ее в шею.
- Эллар, чтоб тебя черти взяли!
- Угу, - эльф не думал останавливаться.
- Ты меня бросил, и я тебя еще не простила, - напомнила княжна.
- Я же вернулся, - эльф рывком развернул ее к себе.
- Кажется, за нами наблюдают, - Раэн кивнула в сторону окошка, в котором мелькнул темный силуэт.
- Пусть завидуют, - эльф коснулся губами ее виска, затем подхватил на руки и отнес в густую тень раскидистого дерева.
Где-то на болотах ухнул филин. Коротко всхрапнула лошадь у коновязи, застрекотал сверчок. По небу пронесся метеоритный дождь.
Они не услышали, как скрипнула дверь, и как смущенный бард тут же вернулся в дом, ненароком прочтя их мысли, - были слишком заняты друг другом.
***
Все утро стирали одежду у колодца. На веревке между двух деревьев уже сушились на солнце бриджи и рубашки. Лех чистил лошадей, Фьори штопал дырявый сапог, Эллар с сосредоточенным видом чинил доспехи. Ганс, всю ночь просидевший у постели сестры, теперь отсыпался. Раэн вышла из дома, щурясь от яркого солнца.
- Доброе утро, - улыбнулся Фьори. – Я тут занялся починкой сапог, и кажется, во мне умер величайший сапожник всех времен и народов.
Бард с гордым видом показал ей результат своей работы.
- Эй! – Хелла вышла из-за дома, вытирая руки о передник. – Собирайтесь, дело для вас есть.
- Какое еще дело? - хмуро протянул эльф.
- Вам нужно сходить на болото за травами для вашей болезной спутницы, - как всегда, не церемонясь, ответила ведьма. – Как выглядят – расскажу. Одна – как колючка на палочке, иглоцвет называется. Вторая – шарик с дырочкой, без стебелька, растет на кочках, называется волчья сыть. Отрава, как вы успели догадаться, еще та. Первую рвите прямо с корнем, вторую нужно срезать ножом, как гриб.
- А почему бы тебе не сходить самой? – нахально поинтересовался Эллар.
- Без моего присутствия ваша подруга долго не протянет, - усмехнулась ведьма.
- Ну и черт с ней, проблем меньше, - пожал плечами эльф.
Раэн возмущенно шикнула на него.
- Я пойду, - раздалось со стороны коновязи. Лех, переодетый в новую кожаную кирасу, натянул на голову бобровую шапку и подошел к ведьме. – Повтори, госпожа ведьма, какие нужны травы?
Хелла повторила.
- Можешь идти прямо сейчас, - добавила она. – На болоте в это время не опасно, но мои баргесты тебя проводят. На случай, если встретишь упырей или еще какую дрянь.
На свист сбежались пять крупных черных собак, с блестящей гладкой шерстью и очень светлыми, волчьими глазами. Раэн заметила на их шерсти рисунок, который повторял расположение костей скелета, и едва выделялся сероватыми полосами.
- Фосфор и пещерные грибы, - произнесла Хелла, будто читая мысли Раэн. – И в ночь выходят не черные псы, а светящиеся собачьи скелеты. Хорошо отпугивает любопытных, не причиняя им никакого вреда.
- Хитро, - покачал головой Фьори.
- Нечего тут рассиживаться, - скомандовала Хелла. – Иди лучше обедом займись.
Бард послушно пошел в дом, прихватив сапог и швейные принадлежности. Лех поспешил на болота, с опаской оглядываясь на сопровождающих его баргестов.
- А вы двое идите за мной, - Хелла одарила эльфа и княжну многозначительным взглядом, и направилась к колодцу.
Эллар и Раэн переглянулись.
Ведьма остановилась на самом краю острова, у обрыва, увитого корнями деревьев и ползучей травой. Здесь полукругом лежали семь гладких крупных камней, каждый из которых был украшен руной Речи Древних.
Хелла села на мягкую траву, жестом приглашая эльфа и девушку.
- Разговор есть, - серьезно произнесла ведьма. – Не перебивайте, слушайте и запоминайте каждое слово.