Флин протянул девушке кусок жареного мяса. Она поблагодарила, половину отрезала ножом и дала эльфу. Тот и бровью не повел, продолжая пялиться в темноту.
- Поешь, пожалуйста, - попросила она.
- Нет, - буркнул эльф. Видимо, принимать еду от человека, хоть и живущего по законам леса, было для него унизительно.
До ночи Раэн и Флин болтали, как старые друзья. Флин поначалу был осторожен, он не мог не заметить, как изменилась Раэн с их последней встречи. Она не стала делать тайну из своей истории, рассказав и о встрече с Гаэлем, и о кобольде-маге, и о путешествии в Лан Монтар.
Она заметила, что эльф внимательно слушает, хотя и делает вид, что ему все равно.
- А этот головорез как оказался в твоей компании? – осторожно спросил Флин.
- Я его наняла, - не растерялась Раэн. – Мне был нужен проводник, чтобы пройти через лес.
- Можешь отпустить его, и я провожу тебя, - предложил Флин. – Мне как раз нужно попасть в Предгорья.
- Я не люблю, когда у меня уводят заказ, - раздалось из-под дерева. Эльф злился.
- Я наслышан о тебе, Стальной Волк, - кивнул Флин. – Ты раньше никогда не нанимался проводником.
- На этот раз так и есть, - успокоила друга Раэн.
- Как скажешь, - согласился Флин. – Сходишь со мной к ручью? Здесь недалеко.
- Конечно, - Раэн дожевала мясо, и поднялась на ноги.
- Стоять! – скомандовал эльф. – Или оставайся, или я иду с вами.
- Эллар, я ненадолго, - Раэн отпрашивалась у него, как раньше у отца в зимний поход. – Пожалуйста!
Ей на миг показалось, что эльф обиделся. Он отвернулся, перестав реагировать на происходящее.
По пути к ручью Раэн и Флин негромко разговаривали. Флин сказал, что Ульрих и Свен все-таки отправились в Райену, и сговорились встретиться весной в Выстоге. Раэн делилась впечатлениями от посещения Лан Монтара, но старалась не упоминать о знакомстве с королем.
- Все, пришли, - Флин огляделся. – Я хочу тебя предупредить. Насчет этого эльфа.
- Так и знала, - вздохнула Раэн.
- Он очень опасен. У него, как это сказать, не все дома.
- Нетрудно догадаться, - хмыкнула девушка.
- Я серьезно. Он опасен. Не доверяй ему. Я знаю о нем много такого, от чего волосы дыбом становятся, - голос Флина стал беспокойным. – Он был предводителем элитного отряда, их еще называли Черными Всадниками. Во время войны с Фаррго они попали в засаду, где крестьяне забили их топорами. Вот откуда у него шрам и столько ненависти к людям.
- Мотыгами, - послышалось из кустов. Раэн разглядела высокую фигуру у ствола дерева, и невольно вздрогнула. – Не топорами, а мотыгами.
- Спасибо, что уточнил, - выдохнула она. – Неужели нельзя было дать нам немного посплетничать за твоей спиной?
Эльф бесшумно скрылся в лесу, не ответив.
- Он меня пугает иногда, - призналась Раэн. – Но, определенно, это не самый худший эльф из тех, кого я встречала.
- Я тебя предупредил, - серьезно сказал Флин. – Лучше было бы держаться от него подальше.
- Спасибо, - искренне поблагодарила Раэн. – Но я думаю, что сейчас у меня просто нет иного выбора.
***
Неделя пролетела незаметно, в веселой болтовне Флина и злобных репликах Эллара. Рана на плече эльфа медленно затягивалась, хотя каждая перевязка превращалась в маленькую войну. Эллар и Флин смотрели друг на друга с неприкрытой ненавистью, но в прямой конфликт не вступали. Шли пешком, а лошадь несла оружие и вещи. Правда, эльф так и тащил на себе весь арсенал – меч на поясе, лук и колчан со стрелами на спине, метательные ножи в нагрудном ремне, охотничьи ножи в сапогах, и еще много оружия, о котором Раэн только догадывалась.
Дважды они натыкались на отряды Следопытов, и тут их выручал Флин. Он издалека предупреждал эльфов особым свистом, и те проходили мимо, не задавая вопросов. Эллар находился в дурном расположении духа с утра до ночи, несмотря на то, что периодически прикладывался к своей фляге.
Раэн все меньше думала о сумасшедшем короле и бросившем ее Гаэле. Тосковала лишь по волку. Но рядом с Флином было трудно грустить. Он развлекал ее историями о Следопытах, охотничьими байками, местными легендами. Раэн поймала себя на мысли, что рядом с охотником становится прежней – остроумной, веселой и дерзкой. Зато Эллар, казалось, становился все злее и мрачнее с каждым днем.