Это была не гротескная сороконожка в панцире, и не бандиты, а что-то жуткое, потустороннее. В голове сразу всплыл образ безглазой твари из Чумного леса.
- Вурдалак, наверное, - буднично ответил эльф.
- Тебе совсем не страшно, да?
- Совсем, - согласился Эллар.
Раэн передалось его спокойствие не сразу, только после нескольких глотков спирта из фляги. Выпей она чуть больше, и наверняка пошла бы лично знакомиться с местными тварями, но Эллар вовремя ее остановил.
В отблесках пламени лицо эльфа казалось слишком худым. Высокие скулы, тонкий с горбинкой нос. И этот шрам - белесый, глубокий, разрезающий щеку на три части, идущий через спинку носа, бровь, заканчивающийся на подбородке. Обычно он носил черный платок на голове, повязанный на манер пиратов. У него была необычная для эльфов прическа – на затылке волосы очень короткие, а спереди они доставали до скул.
Эллар заметил на себе долгий взгляд Раэн.
- Что ты меня разглядываешь? – с вызовом спросил он. – Шрам не нравится?
- Шрам как шрам, - честно ответила она. – Думаю, что он тебя ничуть не портит.
Эльф удивленно приподнял бровь.
- На севере шрамы - повод для гордости, - Раэн задрала рубашку, показав розоватый рубец на боку, оставленный когтистой лапой чудовища. – Это честь - носить на теле память о былых сражениях.
Но эльф смотрел явно не на шрам.
- Опусти рубашку, - хрипло сказал Эллар и отвернулся, демонстративно разглядывая лес. - Иначе ни один вурдалак не спасет тебя.
Раэн не сразу поняла, о чем идет речь. А когда поняла, ее бросило в жар. Они были в глухом лесу, совершенно одни на много миль, и этот мрачный, опасный эльф только что дал понять, что видит в ней женщину, а не только досадную спутницу, навязанную контрактом. Он мог сделать с ней все, что угодно.
- Не спасет от чего? - вкрадчиво спросила она. - От покушения на мою девичью честь?
На самом деле ей стоило поостеречься с остротами, но спирт не только разогнал кровь, но и развязал язык.
- Силой брать не стану, - криво усмехнулся он, и на стальных клыках блеснули отблески костра. - Но если захочешь сама - милости прошу.
От такой откровенности Раэн опешила. Она успела отвыкнуть от подобных предложений за время, проведенное с Гаэлем, и теперь не знала, что сказать в ответ. На севере это считалось обыденным. Воительница могла выбирать, с кем делить ложе, и в этом не было ничего постыдного. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на бесчисленные ухаживания, намеки и томные взгляды украдкой. Жизнь воина и вовсе может оборваться в любой момент.
- Я хочу, - выпалила Раэн прежде, чем обдумала свое решение. - Гори оно все огнем... Все эти короли и их тайны, маги и демоны, упыри и вурдалаки, и...
- Повторишь это завтра, когда протрезвеешь, - немного насмешливо сказал Эллар, проведя ладонью по ее волосам. - А теперь спи.
***
Весь день они ехали молча. Раэн готова была убить за пару лишних часов сна, но спать в седле у нее никак не получалось. Возвращаться к вчерашнему разговору ей тоже не хотелось - он затерялся между сном и явью, а новый разговор не клеился. Лес становился все холодней и мрачней, куда-то пропали птицы и мелкие зверьки. Раэн не покидало ощущение, что ей в спину смотрят злые желтые глаза неведомых чудовищ.
Подыскав для ночлега узкую расщелину между скал, Эллар остался стоять в дозоре. Раэн сквозь сон слышала, как он пару раз спускал тетиву, как в кустах что-то рычало и копошилось, а вдалеке выло и кричало.
Еще трижды эльф не спал по ночам. Они с Раэн больше не пререкались по пустякам, чаще молчали. Эллар то и дело засыпал в седле на несколько минут, потом вздрагивал, обводил окрестности мутным взглядом, направлял коня все дальше и дальше на север.
Горы становились все круче. Лес редел, вместо земли под копытами вороного все чаще оказывался камень. Здесь была дикая, первобытная природа – обглоданные ветрами скалы, вросшие в камень сосны, нависшие над острыми вершинами облака.
Пройдя очередной безымянный перевал, они остановились у небольшой пещеры для ночлега. Конь удивительно живо вспрыгнул на каменный выступ высотой в человеческий рост, и Раэн еще раз подивилась вездеходности этого жеребца.