Эльф улыбался, глядя ей в глаза. Улыбка была кривоватой из-за шрама, но довольной.
- Что? – устало спросила Раэн.
- Ничего. Смотрю, - хрипло ответил Эллар.
- И что будет дальше? - она лениво потянулась.
- Еще раз, - предупредил эльф. – А потом, возможно, еще. До утра далеко.
Глава 14
Сколько волка не корми – он в лес смотрит.
Народная мудрость
Время остановилось, словно быстрый поток вдруг потянулся густой массой и застыл.
Где-то, лавируя меж столетних стволов деревьев, мчался по следу Серый волк. Странное, неизведанное доселе чувство глубокой утраты поселилось в его душе. И он шел, длинными прыжками перемахивая через кустарник и валежник, туда, где был его человек.
Во дворце, среди шелка и бархата, чутким сном спала королева Наэтель. Тревога и страх поселились в ее спальне, повиснув в воздухе. Она давно свыклась со своим одиночеством, она всегда засыпала и просыпалась одна, но в этот раз пригласила к себе старого друга. Впервые за много лет ее медно-рыжие волосы разметались по подушкам, перемешавшись с черными, и всем телом она чувствовала, как бьется рядом еще одно сердце.
В каменной крепости два старых воина и седой колдун вели странную беседу, которая любому, кто осмелился бы их подслушать, показалась бы горячечным бредом.
В пещерах под Лан Монтаром, в древней, и давно заброшенной тюрьме, за коваными прутьями решетки смотрел в пустоту Ворон. У него больше не было ни чувств, ни желаний. Только болезненная решимость стерпеть стоически все, что ему уготовано.
А в белом, словно сплетенном из кружева замке, на открытом балконе стоял король, вслушиваясь в рокот волн. Его красивое и благородное лицо искажала гримаса ненависти, смешанной с болью. Он готовился воплотить в жизнь нечто чудовищное, невиданное. И в последний раз думал о том, не прыгнуть ли вниз, завершив свою долгую, но в целом никчемную жизнь одним рывком.
***
Придворные сновали по дворцу будто тени, боясь лишний раз попасться королю на глаза. С тех пор, как он вернулся ночью во дворец, яростно швыряя молнии, все изменилось. Две недели Роэгрим не покидал своих покоев. Король и раньше любил побыть наедине с собой, но в этот раз все предчувствовали неладное.
Когда Эйрон шел в покои правителя, он уже ощущал, как по спине бегает неприятный холодок. Светловолосый эльф уверенно отворил дверь и замер на пороге.
Роэгрим жестом пригласил его войти.
А затем король отдал приказ, от которого сердце Эйрона предательски сжалось, а пальцы на руках похолодели. Но традиции Долины нерушимы. За всю историю этого мира эльфы никогда не выступали против воли своих королей. Приказ есть приказ.
И Эйрон отправился туда, куда послала его жестокая воля Роэгрима. Он взял с собой несколько надежных воинов и закрытую повозку, запряженную лошадьми. Ночью, в звенящей тишине лесной поляны, скрежет металла о камень раздавался далеко, отдаваясь эхом от прибрежных скал.
А к утру закрытая повозка была тайно доставлена во дворец.
Но этого королю оказалось мало. Он приказал украсить тронный зал голубыми розами. Сказал, что хочет в последний раз почтить память Адалии.
Эйрон понимал, что надвигается тьма. Две недели море штормило, чайки кричали как оглашенные, ветер гулял по белоснежному и прекрасному городу. Чувствовал, что Роэгрим уже не в силах себя контролировать. А что такое сумасшедший маг, который может управлять силами стихий и двигать горы по своему усмотрению? Ожидать можно было чего угодно. Страх неизвестности противно стискивал виски. И Эйрон решился.
Когда рассветные лучи коснулись башен Лан Монтара, он выпустил почтового сокола, несущего тревожное послание на Серебряный Перевал.
***
- Чума и проказа! Иней! – рявкнул Лёд, высунув голову из обтянутой шкурами палатки. – Чтоб тебя черти побрали! Где точило?