Княжна, держась за украшенную мозаикой стену, подошла к двери. Оказалось не заперто. Кругом не было ни души – лишь темные коридоры, освещенные тусклым светом масляных ламп. Раэн занесла было ногу, чтобы переступить порог, когда ее чуткий слух уловил обрывки разговора.
- Король приказал привести тебя к нему, - донесся из глубины коридора незнакомый голос.
- Пусть он сдохнет! – донеслось в ответ.
Гаэль!
У Раэн перехватило дыхание. Она попыталась подкрасться к незнакомцу, но сзади ее схватили сильные руки.
- Приказ короля, - словно извиняясь, сказал высокий эльф в серебристом нагруднике. – Вас и Ворона нужно доставить в тронный зал, на коронацию.
- Раэн! – донеслось из темноты. Она несколько долгих мгновений вглядывалась в худое, измученное лицо, прежде чем узнала в нем Гаэля. – Что он сделал? Что?
- Оживил ее с помощью моей крови, - зло прошипела она. – И увел короновать!
Стражники мягко подтолкнули их вперед.
- Так она жива? – Ворон был подавлен, ошеломлен, но еще держал удар.
- Не совсем, - сквозь зубы процедила Раэн. – Я не знаю, что он наколдовал, но она мертвая, Гаэль. Она ходит, она смотрит, но она покойник, мертвец, чертов труп!
Эльф ничего не ответил. Он шел, еле передвигая ноги, словно в один миг перестал видеть перед собой.
- Ну что ты молчишь? – к Раэн возвращались силы, а с ними и самообладание. – Хорошенькую кашу вы заварили, господа эльфы.
- Тише, - добродушно попросил стражник.
Они вышли из подземелий прямиком во дворец, миновали сад, колоннаду, и, наконец, достигли конечной цели.
В тронном зале Лан Монтара, среди белоснежных тончайших резных колонн и мраморных статуй, фонтанов и цветов, было светло, несмотря на глубокую ночь. Под сводами потолка висело множество магических фонарей, дарящих холодный свет. Два трона из драконьей кости, вырезанные тысячу лет назад гениальным мастером, украшали голубые розы, вплетенные в резьбу. У ступеней, покрытых белым мехом, как ковром, сгрудились придворные. Они давно предчувствовали беду, некоторые даже вывезли свои семьи из города. Но никто и помыслить не мог, что король способен на такое.
Она шла, нелепо размахивая свободной рукой, скаля рот в жуткой усмешке, покачивая телом из стороны в сторону. В этом создании не было ровным счетом ничего от прекрасной эльфки Адалии, но король, казалось, не замечал этого. Он держал ее под руку, и победно улыбался. Белая мантия струилась за ним по мраморному полу, алмазная корона сверкала тысячей искр.
Гаэль и Раэн стояли у одной из колонн, не в силах пошевелиться от абсурдности, нереальности всего происходящего. Ворон замер, сцепив иссиня-бледные губы. Раэн слышала, как бешено колотится его сердце. Сама она невольно поморщилась от отвращения, глядя на живую мумию, закутанную в бирюзовый шелк.
Застывшие в ужасе придворные не могли вымолвить ни слова. Они лишь инстинктивно отстранились, когда мертвая королева поравнялась с ними, окинув равнодушным, ничего не выражающим взглядом. Роэгрим бережно усадил ее на трон. В его руках появилась вторая алмазная корона, чуть меньше и изящней.
- Мир твой, моя королева, - прошептал он покойнице, встав на одно колено. Затем поднялся, возложив корону на ее лоб благоговейным жестом.
- Славьте королеву, - полным безумия взглядом окинул он придворных. Эльфы, которых было не меньше трех десятков, нестройно запели.
- Не так! – вскричал король, от чего дрогнули стены дворца. – Целуйте! Целуйте ей руку!
Придворные, бледнея, медленно потянулись к трону. Раэн вцепилась в рукав Гаэля, понимая, что ни под каким предлогом не подойдет к трупу, от которого веяло потусторонним ужасом.
Эйрон был первым. Он склонил голову перед покойницей для поцелуя, но не успел коснуться губами мертвой руки. Королева жутко захохотала, и неимоверно быстрым движением вгрызлась в шею светловолосого эльфа. Тронный зал потряс жуткий крик, сменившийся хором испуганных воплей. Окровавленная покойница вскочила с трона с невероятной прытью. Роэгрим, казалось, остолбенел – он смотрел на нее неотрывно, часто моргая, будто принимая все происходящее за горячечный бред собственного больного сознания.