***
Тоненькая белоснежная борзая примостилась у ног королевы, изящно положив голову на расшитую золотом туфлю. В беседке, увитой диким виноградом, утопавшей в зарослях можжевельника и кипарисов, Наэтель читала книгу в богато украшенном переплете.
- Ваше величество, - слегка поклонилась Раэн.
- Ах, будь добра, зови меня по имени, - непринужденно улыбнулась королева. – Ты чувствуешь себя лучше?
- Да, - коротко кивнула Раэн.
- Это хорошо, - королева отложила книгу на резной столик. – Нам предстоит важный разговор, присядь.
На карниз беседки вспорхнула ярко-малиновая пичужка с золотистым хвостиком, и залилась трелями. Борзая недовольно скосила на нее круглый карий глаз.
- Мы с Гвендином изучали вопрос твоей новой сущности, - продолжила Наэтель. – И пришли к неутешительным выводам. Я могла бы изъясниться научно, вплести легенды, мифы и магические термины, но скажу прямо. Если ты умрешь… если твоя жизнь оборвется, то существует вероятность, что с тобой произойдет то же, что и с Адалией.
Раэн показалось, что ее с размаху окатили ледяной водой.
- Насколько велика такая вероятность? – заметно дрогнувшим голосом спросила княжна.
- Один к двум, - невесело усмехнулась королева. – Или ты превратишься, или не превратишься.
Раэн откинулась на кованую спинку скамьи, прикрыла глаза. Пичужка мелодично насвистывала прямо у нее над головой. Способность рационально мыслить медленно возвращалась к княжне.
- Так, - протяжно выдохнула она. – Чтобы избежать катастрофы…
- Вероятной катастрофы, - поправила королева.
- Мне нужно как можно дольше оставаться живой.
- Верно, - Наэтель склонила голову набок, поправляя выбившуюся из высокой прически рыжую прядь. – Поэтому я предлагаю тебе остаться в моем дворце. До тех пор, пока я и человеческие чародеи не найдем решения этой… проблемы.
- Решение было одно, насколько я помню, - криво усмехнулась Раэн. – Выбросить монстра на Изнанку миров с помощью некоего безвозвратно утерянного артефакта.
- И это верно, - серьезно кивнула королева.
- Попросту говоря, вы не знаете, что со мной делать, - подытожила Раэн.
- Создать магический барьер такой силы, чтобы через него не прошел демон, я могу, - несколько высокомерно ответила королева. – Но держать его десятки, а то и сотни лет, у меня вряд ли хватит сил.
- Ах, отлично, - вскинулась княжна. – Значит, создать барьер, да? А меня вы не хотите спросить, желаю ли я, чтобы вокруг меня торчал барьер от демонов?
- Не забывайся, - металлическим голосом произнесла Наэтель, и в ее глазах полыхнуло пламя.
- А то что? – прищурилась не на шутку разозленная Раэн. – Велите меня казнить?
Птичка вспорхнула малиновыми крылышками, пересев с беседки на ветку кипариса.
- Я не желаю причинять тебе зла, Раэн, - тон королевы стал мягче. – Но и рисковать безопасностью Серебряного Перевала тоже не могу. Мы обе видели, на что способен изголодавшийся демон.
- Она не должна была стать демоном. Адалия должна была стать живой, - после некоторого раздумья произнесла Раэн. – Роэгрим ошибся в чем-то. Он очень удивился, когда Адалия начала убивать. Он этого не хотел.
- Интересно, - королева вскинула брови. – Я подозревала, что его целью не может являться создание демона. Дело в том, что… он уже пытался оживить ее. Банальная некромантия превратила ее в безвольный ходячий труп. Вернуть ее сознание он так и смог.
- Пфф, - невежливо фыркнула Раэн. – Как можно вернуть сознание в труп? Наэтель, за всю историю магии хоть кто-то проворачивал подобное? Возвращал душу в мертвое тело?
- Да, - помолчав, ответила она. – Драконы. Роэгрим плавал на Иэлию дважды – сразу после смерти Адалии и двадцать лет спустя. В первый раз драконы отказались ему помогать. Во второй раз дали ему Магию Рока.
- Драконы могли воскресить ее, но не захотели?
- Именно так, - кивнула королева. – Драконы и эльфы – мы все еще связаны невидимыми нитями, как разлученные в детстве близнецы.
- И драконы могут дать ответы на наши вопросы, - резонно заметила Раэн.
- Драконы мудры, но не всем открывается их мудрость, некоторым достается только смерть.