— Знаешь, Мэриель, — снова заговорил Витторио, и легкая улыбка вновь заиграла на его лице, — надеюсь, сегодняшний день и вечер запомнятся тебе надолго. Уверяю, ты еще будешь скучать по безмятежному Нордстоуну. Столица, конечно, не идет ни в какое сравнение с Севером, но перенасытиться ею можно очень быстро.
— Кто знает, герцог, — не сдержала улыбку Мэриель, — позволите ли вы мне писать вам письма? Так тоска по поместью будет меньше.
— Как хочешь, постараюсь отвечать тебе по мере возможности.
Сердце приятно екнуло: глупая просьба, пришедшая в голову случайно, не была проигнорирована. Герцог явно был в хорошем расположении духа или, возможно, рад, что она скоро покинет его дом? В любом случае, неведомое приятное чувство прокатилось по всему телу от макушки до пят. Возможно, этот вечер она действительно будет вспоминать, сидя где-нибудь в столичном доме в минутном порыве ностальгии: всё-таки этот дом встретил её и приютил, обнимая холодными северными руками.
9. Глава - Путешествие сквозь пространство
День отъезда для Мэриель казался окутанным туманом: утренние сборы, суетящиеся слуги, Витторио, который лично вышел проводить гостей. Едва Маркиза Роше уселась в карету, мужчина сжал руку девушки и одним лишь взглядом напомнил ей о необходимости хранить молчание о вчерашнем разговоре. Получив в ответ смущённую улыбку, его хватка ослабла, и он поспешил поцеловать бледную руку невесты, желая ей удачной дороги. Мари уже сидела рядом с кучером, когда они отправились в путь: Мэриель настойчиво уговаривала взять служанку с собой, но только маркиза согласилась, что такая спутница будет весьма кстати в связи с переездом. Казалось, все окружающие Мэриель хоть и беспокоились о её благополучии в незнакомом месте, но лишь маркиза Роше понимала чувства молодой девушки, которой вновь предстояло сменить дом в столь короткий срок.
Лошади тронулись, и карета галопом помчалась прочь от Нордстоуна.
— Ну что, дорогая, надеюсь, ты в предвкушении нашей поездки? — в своей привычной игривой манере заговорила маркиза. — Как думаешь, сколько дней нам потребуется, чтобы добраться до столицы?
Мэриель заранее знала ответ: не зря она провела пару дней в крипте, изучая старые книги, среди которых нашлись несколько новейших карт империи. Континент воистину бесконечен, начинаясь с обширного горного Севера и плавно перетекая в долину Двуречья, а в самом сердце империи находились владения Короны с древнейшей столицей Аглеим. Если правильно выбрать маршрут, то весь путь мог занять всего пару недель с учётом остановок и отдыха лошадей.
— Я задавалась этим вопросом, маркиза. Если мы не будем менять экипаж, то доберёмся до столицы примерно через двенадцать дней.
— А вот и ошибаешься!
Удивлённая, Мэриель внимательно посмотрела на весёлое лицо женщины, которая уже обмахивалась веером, смеясь одними глазами. Неужели они будут менять лошадей каждые несколько суток? Тогда поездка могла бы завершиться уже через неделю с небольшим запасом.
— Позволь рассказать тебе небольшой факт о моем брате, дорогая, — продолжила маркиза. — Витторио ненавидит волшебников. Ты не встретишь ни одного чародея на его землях, кроме тех, кто получил разрешение от церкви. И таких людей он тоже ненавидит, но вынужден мириться с их присутствием. К тому же, если бы не эти самые чародеи, он бы уже давно умер от страданий, вызванных священной меткой.
Лошади мчались по протоптанной дороге, деревья сменяли друг друга, а кучер разгонялся все быстрее. Они стремительно избегали любых неровностей. Хлесткий звук плети рассекал воздух, возвращая Мэриель к размышлениям: неужели маркиза намекает на то, что вскоре они воспользуются магическими порталами? О таких она читала лишь в книгах, никогда не видев их вживую.
— В отличие от него, я признаю чародеев, как и любой здравомыслящий человек, — маркиза облокотилась на спинку сиденья, фамильярно развалившись. — Поэтому сейчас мы направляемся в поместье моего мужа. Мы должны успеть доехать до ночи, где нас будет ждать моя знакомая чародейка, согласившаяся перенести нас всех за несколько золотых.
— А герцог знает об этом?
— Надеюсь он догадывается, ведь я никогда не любила долгие путешествия. Ну что ты, дорогая, неужели я расстроила тебя своими планами?
Признаваться в этом не хотелось, но от маркизы Роше нельзя было скрыть своего состояния. Мэриель действительно старалась подавить расстроенный вздох: она так мечтала, что всю поездку будет смотреть в окно, рассматривая и изучая Империю, которую практически не знала. Отец как-то рассказывал ей о дивной красоте Двуречья, где, по его словам, он подобрал ее много лет назад у самой обочины дороги. Север всегда казался Мэриель холодным и мрачным местом со своими нерушимыми устоями, а сами северяне представлялись ей настоящими невеждами. Даже цвет ее волос — темно-рыжий, цвета медняка — всегда вызывал обсуждения и шутки. Возможно, оказавшись далеко на Юге, она нашла бы своих сородичей, лишенных предрассудков.