Тем временем Мэриель продолжала жить в привычном ритме: она сидела в книжной лавке своей мачехи и читала истории младшей сестре. Джейн особенно любила сказания о принцессах и причудливых животных, но подобных книг в лавке уже не осталось, и Мэриель приходилось придумывать новые сюжеты.
— Представь, Дженни, что однажды ты станешь принцессой, а о маркизах и графах ты не знаешь ничего…
Девочка подняла свои большие глаза, а затем грустно вздохнула:
— Я знаю, что никогда не стану принцессой, и ты тоже не станешь. Будем жить дальше с мамой. Не хочу я знать, кто эти дворяне. Давай лучше посмотрим на картинки зверей!
Для одиннадцатилетней девочки Джейн была удивительно сообразительной, и Мэриель не знала, что ответить. Она никому не рассказывала о своей метке и о том, что это означает: домочадцы редко обращали на неё внимание, а друзей у девушки практически не было. Её приёмный отец умер, оставив на попечении мачехи, и та не была рада такому исходу: женщине приходилось постоянно работать, и они почти не виделись. Дженни же была слишком мала, чтобы понять подобные переживания: для одиннадцатилетней девочки это было совершенно неинтересно.
Отдав Дженни книгу с картинками, Мэриель уныло взглянула в окно: серый, не примечательный пейзаж, пропитанная рыбной вонью прибрежная деревня. Ей так хотелось вырваться отсюда! Подальше, туда, где кипит жизнь, где люди начинают свой день к полудню, а все запахи скрывает парфюм. Она прочитала столько книг о прекрасных и благородных дамах, что ей казалось настоящим издевательством проводить жизнь в подобном месте. Мещанский провинциальный городок, настолько оторванный от цивилизации, что здесь не каждый мог сказать, кому принадлежит земля. Люди здесь не задавались вопросами, кроме как где снять подешевле девку или когда начнётся нерест рыб.
Вдруг колокольчик на входе в лавку глухо звякнул, и девушка вышла взглянуть на посетителя. Высокая темная фигура в плаще поспешно сняла капюшон, и Мэриель готова была подпрыгнуть от удивления: это была чародейка, к которой она обращалась несколько дней назад. Судя по её ухмыляющемуся лицу, у неё появилась какая-то информация.
— Ну что ж, могу тебе сказать, — заговорила она, подходя ближе к прилавку, — тебе повезло так, что даже трудно в это поверить. Я связалась с магами из столицы, они подтвердили твой священный знак, и я знаю имя твоего назначенного.
Мэриель затаила дыхание, и чародейка, улыбаясь, продолжила:
— Боюсь, что даже если скажу, ты не поймёшь, с кем тебе суждено обручиться. Боги такие забавные. Твой назначенный уже выехал к тебе, так что советую привести в порядок эту лачугу, или хотя бы попытаться. Наверное, через пару дней можешь ждать нового посетителя.
— Но кто же он?
— Думаешь, его имя можно найти в книгах? — с улыбкой ответила чародейка. — Ну, что же, я тебе скажу - это герцог Агдевилас.
Мэриэль невольно прикусила губу — неужели это сон? Или чья-то злая шутка? Если так, то происходящее совсем не вызывало у нее смеха. Она знала это имя, возможно, была одной из немногих в деревне, кого не интересовали ни рыба, ни девушки за медьняк.
— Вы не могли ошибиться? Или другие маги? Это звучит так нелепо…
— Согласна, это действительно странно и забавно, не так ли? Но, увы, это не шутка. У Агдевиласа такая же метка, он также страдал от боли, как и ты. Говорят, он был вне себя от ярости, когда узнал, что его невеста находится за сотни километров, и ему придется ехать в такую глушь, как эта. Бедный герцог, наверное, так мучился, что у него болела рука.
На лице чародейки играла улыбка, и Мэриэль поняла, глядя в белое лицо, что не может на нее сердиться. Она представляла себе эту боль, разливающуюся по всему телу, и ей стало неловко осознавать, что герцог страдал так же, как и она. Чем больше расстояние, тем должна быть сильнее боль. При сокращении дистанции она притуплялась, а при встрече исчезала полностью. В книгах писали, что нареченные, увидев друг друга, испытывают экстаз, но Мэриэль не могла представить, как можно почувствовать нечто подобное при первой встрече.
— Значит, твой знак болит меньше, я права? — спросила чародейка. — Если это так, то герцог едет сюда не просто так.
Девушка кивнула, и чародейка улыбнулась ей в последний раз.