Мэриэль наблюдала за его отступлением, чувствуя, как внутри неё разгорается любопытство и желание разгадать загадку, скрытую за его весёлой маской.
– Шуты, как и дамы, умеют играть с истиной и вымыслом. Однако настоящая дружба требует откровенности.
Юноша поднял брови, поражённый её настойчивостью. В его представлении дамы всегда были излишне жеманными и хитрыми, предпочитая обходные пути в поиске ответов.
– Ваша проницательность достойна похвалы, миледи. Признаюсь, редкость встретить спутницу, способную так остро реагировать на шутовские игры. Позвольте мне вести вас по залу — возможно, среди танцующих пар таится ответ на ваш вопрос.
Они медленно начали обходить зал, плавно переходя от одного танца к другому. Каждый их шаг сопровождался непринуждёнными разговорами и искромётными шутками, словно они уже давно знакомы. Мэриэль внимательно наблюдала за ним, стараясь уловить мельчайшие намёки, но юноша продолжал оставаться загадкой. Его взгляд, полный свободы и скрытых знаний, сразу привлёк её внимание, но в нём ощущалась некая двойственность, подобная образам мифических существ из древних легенд. В её представлении Дэмиен Ревилье не стал бы так долго играть роль шута, однако Мэриэль понимала, что представлять человека и видеть его вживую — это совершенно разные вещи. Возможно, ошибка закралась с самого начала, и перед ней оказался не тот, о ком она думала все эти дни.
– Знаете, ваш образ шута напоминает мне одного знакомого, – осторожно заговорила Мэриэль, когда их путь остановился у стены, скрывая их от посторонних ушей.
– Надеюсь, кого-то столь же весёлого и необычного?
– Словами этого человека не описать, только эмоциями: после встречи с ним я стала думать так много, что у меня появилась мигрень.
– Не хотелось бы шуту стать таким итогом любого зрителя, не говоря уже о юных миледи, – заметил он с лёгким оттенком грусти, который быстро сменился на игривую ухмылку.
Вымученно улыбнувшись, Мэриэль снова посмотрела в его шутливые голубые глаза, пытаясь уловить искру узнавания.
– Надеюсь увидеть его позже. Здесь. Или, возможно, сейчас. И без всяких извинений.
Юноша на мгновение замолчал, словно подбирая слова. Вокруг них гремела вальсирующая музыка, звон бокалов и негромких разговоров добавляли ощущение того, что мир по ту сторону жил своим чередом.
— Все-таки вы очень упрямая, сестра, — его прежняя лукавость сменилась на слегка расстроенный, даже раздраженный тон. — Однако это скорее положительная ваша сторона. Разрешите представиться, Дэмиен Ревелье.
С лёгким движением руки он превратился из шута в того самого знакомого юношу, которого Мэриэль встретила пару недель назад. Прежняя беззаботность словно по волшебству сменилась на уверенность и сдержанность, отражая внутреннюю борьбу, скрытую за привычной для этого общества улыбкой. Именно так она запомнила его несколько недель назад: самонадеянного, ищущего скрытые смыслы и бесспорно красивого. Кто мог знать, что этот незнакомец, внезапно вошедший в её жизнь, сможет посеять зерно сомнений и раздумий, заставляя её прятаться от остальных и думать о том, что не приветствуется в аристократических кругах. Мэриэль сознательно шла на определённый риск, желая получить ответы на свои вопросы.
– Роше, Мэриель Роше.