Глава 1
Мне повезло родиться в волчьей стаи на юге страны, среди равнинных гор и хвойного леса. Наша стая считалась одной из самых богатых. Девочек рождалось мало, их оберегали, о них заботились и строго следили за их неприкосновенностью. День весеннего равноденствия запомнился мне надолго. Помню, как долго готовились к нему родители и вся стая, помню, как долго мама выбирала платье для моей сестры, в тот год ей исполнялось 18, и вся стая с нетерпением ждала приезда альф других стай. Хорошо мне запомнилось и купленное по такому поводу для меня ярко-желтое платье, я неделями прикасалась к яркой вышивке на лифе, вырисовывая витиеватые узоры, совсем как у взрослой. Моя сестра нервничала и срывалась на меня с криками, ее тяготило странное ожидание. Ведь возможно один из них признает в ней свою пару. Первое обращение лучше проходить со своей парой, тогда ты эмоционально не стабилен и твоя пара с легкостью контролирует тебя, помогает, направляет. Для этого и существуют дни весеннего и осеннего равноденствия, когда молодые девушку ищут свои пару.
-Маленькая луна, - мама ласково, потрепала меня по распущенным волосам и попыталась заплести их в две аккуратные косы. Не далась, с детства любила ветер, что так лихо зарывался в мои волосы, спутывая непослушные длинные пряди цвета спелой пшеницы. Сестра отличалась от меня кардинально, с черными, как смоль волосами и янтарными – истинная наследница Альфа гена. Мама улыбнулась и строго велела потерпеть. Я вздохнула, в 15 лет быть взрослой очень сложно. Так хотелось сбежать в лес, распустив длинные волосы, доходившие мне до середины бедра и как ветер побежать по знакомой тропинке пока в легких не закончиться воздух и я обессиленная не упаду во влажный отдающей хвоей мох. Мама словно почувствовав, куда увлекли меня мысли, строго приказала от нее не отходить.
Моя сестра была прекрасна, я даже почувствовала легкий укол зависти, облаченная в длинное свободного покроя платье, она казалась фарфоровой куклой. Бледная кожа, волосы, уложенные в корону на голове, яркие, горящие глаза. Я завистливо вздохнула, захотелось поскорее вырасти и стать такой же красивой.
Альфы стай стали съезжаться ровно в полдень отец и мать радушно принимали прибывших, а я как самый младший член семьи чинно восседала за столом с молодняком, я с нетерпением ждала наступления сумерек и искренне надеялась, что сестра встретит свою пару.
Все изменилось в одночасье, сначала послышался рык и громкий визг, затем на поляну выскочили четыре огромных оборотня, завязалась драка. Помню жуткие крики моей семьи, как люди из стаи резко стали оборачиваться, а, я, я стаяла, словно прикованная и могла только смотреть. Я видела, как один из волков вцепился в шею моему отцу, видела, как подкошенная упала мама. Другие оборотни пытались их остановить, но поляна становилась все больше и больше. Везде шла борьба, дети разбежались кто куда, а я стояла, и не как не могла понять, что происходит. Словно сквозь сонную дымку происходящего до меня донесся крик сестры: «Камария! Беги!». Я стояла. Руки и ноги словно одеревенели, я с ужасом наблюдала, как огромный черный волк набросился на мою сестру. Видела кровь, окружавшую растерзанное тело, он обернулся. Встретившись с моим взглядом, оскалил окровавленную пасть, и неспешной походной направился ко мне. Не знаю, как смогла двинуться с места, но я побежала. В знакомую чащу, несшую запах хвойного леса. Слышала, злой вой за своей спиной, мной играли. Рядом трещали сучья деревьев, но преследователю, похоже, это нравилось. Загонять меня, живую мишень. Не помню, сколько так бежала, помню только, как впереди замаячил скалистый обрыв и я, споткнувшись, полетела в горную реку с утеса. Обжигающе холодная вода поглотила меня.
Неспокойная река выбросила меня на берег в радиусе двадцати миль от того места, наверное это и спасло меня. Говорят меня, нашел какой-то охотник, решивший набрать воды из ручья. Скрюченное тельце, замерзшее и чуть дышащее. Тело волчонка, белого как первый осенний снег.
Не знаю, как долго пребывала в бессознательном состоянии, но окончательно я пришла в себя уже в питомнике. Все происходящее виделось, словно со стороны, остро чувствовались запахи, и я не могла выговорить ни слова, только скулила. Слез не было, в какой-то момент пришло опустошение, я отказалась от жизни. Дни текли вяло, в конце концов, слившись в одно бесконечно долгое мучение между уколами ветеринаров и моих воспоминаний.
Все изменилось в одно утро. Рядом с моей клеткой возникло взбешенное лицо. Мужчина что-то кричал, приказывая немедленно открыть клетку.
-Твою мать, - ругался мужчина. У него просто в голове не укладывалось как такое, может быть. На него из клетки своими огромными голубыми глазищами смотрел оборотень. Волчица, если быть точным, с тусклыми, безжизненными глазами, сильно исхудавшая. Схватившись за голову, он взъерошил темные волосы и как только открыли клетку, протянул руку, собираясь вытащить.