Мы остановились метрах в ста от моста, почти вплотную к УАЗику разведки, и из рации донеслось:
– Поезд, Штабу. Охранение по регламенту. Медиков и технарей в голову поезда, быстро!
Глава 7. 15 октября, воскресенье, ближе к полудню
У моста простояли почти три часа.
Раненого из Горюновской машины сразу утащили в штабной вагон. Диагностировали отравление – на вид неопасное, но полностью выведшее бойца из строя. Колдуны уверили, что порчи нет, отравление по типу пищевого. Вот уж действительно таинственная птица мехобвалка, с желудком совершенно несовместимая…
Пока стояли – рассказал Коляну байку про «таинственную птицу», на что приятель поржал, повертел пальцем у виска, но зато вместе вспомнили анекдот, как оказалось, совершенно старый, про собачину вперемешку с досками – «так восемнадцатый сорт, вместе с будками рубили». Я и не задумывался никогда, что анекдот идёт из восьмидесятых, если не раньше, и тут отлично известен. А вот название «мехобвалка» для этих тварей явно приклеится, я уже по лицу Ильина это видел.
Мост на вид смотрелся совершенно убитым. Речка Линна была невелика, метров десять шириной, извивающаяся, как змея, мост в один пролёт – но этого пролёта и не было, только ферма самого моста, никаких рельсов.
За дело взялись колдуны во главе с Пахомовым, и примерно минут через сорок мост вернул себе истинный вид – на вид лучше ничуть не стал, но иллюзию убрали, и стало ясно, что и пролёт, и железнодорожная колея на месте. Вот так, мужики… Колдуны прекрасно умеют снимать иллюзии, когда это надо – точнее, когда точно известно, что иллюзия присутствует. Наша Управа совместно с Гидростроем явно использовала этот выезд сразу как тест для Колледжа – не просто «проверка на вшивость», но ещё и выяснение возможностей. Могли наши колдуны отказаться? Могли, наверное. Вот только не в этих условиях, когда вокруг толпа с оружием.
Потом за обследование моста взялись сапёры и другие технари, включая Гидростроевских колдунов, и через час с лишним вынесли вердикт: машина пройдёт точно, поезд пройдёт с вероятностью процентов в восемьдесят, при самой малой скорости.
Мост состав переползал с черепашьей скоростью – не больше пяти километров в час. Наша платформа прошла удачно, как другие – не знаю, но, учитывая, что двигались без остановок – проблем всё же не возникло. Ну, и то хорошо – всё же умели строить в советские времена. Я смотрел по сторонам: изгиб реки, деревенские домики с огородами на берегу – брошенные, конечно же, деревья, разросшиеся почти вплотную к железнодорожной линии… Впереди открылась станция на четыре пути – пустая, поездов нет, только по левой стороне стоит разваливающийся домик, скорее всего зал ожидания или дежурка. На выгоревшем фронтоне видна покосившаяся и еле читаемая табличка «Бурьяны».
Поезд опять встал. «Железнодорожный» УАЗик ускакал вперёд, к выходному светофору и еле видимой отсюда будке обходчика.
– Первый, Штабу. Волков, давай к нам, – сообщила рация.
Каращук… Похоже, у нашего безопасника опять возникли вопросы. Или предложения. Причём именно сейчас – перед мостом он помалкивал, я чуть не забыл про него. А с ними ведь и Маша – она тоже из вагона не выглядывала. М-да, вот тут и начинается действие.
Перекинувшись с Коляном парой слов, я вышел на межпутье и пошёл к штабному вагону. Промасленная за много лет «подушка» железнодорожного пути так толком и не заросла, а вот мха и лишайников много. Немаленькая была станция – видимо, построена как раз для того, чтобы можно было сортировать и пропускать поезда, идущие по обходному пути, которым сейчас пользуются бандиты.
Дверь штабного вагона оказалась гостеприимно открыта, лесенка опущена – один из бойцов подал было руку, но я и сам взобрался, не дед старый. Прямо у купе проводника меня встретил Каращук со стаканом чая в подстаканнике. Тут же весело потрескивали то ли дрова, то ли уголёк в печке титана, и возникло ощущение ирреальности происходящего – словно и не было катастрофы, поезд просто остановился у полустанка, а на столиках в купе разложена курица, варёные яйца и пирожки, купленные на этой же станции у бабулек.
Впрочем, вагон был не купейный, а плацкартный – правда, не пригородный, в каком ночевали мы с Машей, а дальнего следования. Да и перепланирован он оказался неслабо – спальных «ячеек» осталось всего три, дальше почти все перегородки снесены и оборудован зал со столом в центре и с зарешёченной клетушкой в конце.
– Чай будешь? – сходу спросил безопасник, отхлёбывая из стакана. – Вон, стаканы на столе, сахар-печенье, вода в титане. Очень рекомендую после улицы.