В исследовательском отделе я провёл часа три, не меньше – и то после того, как меня осмотрел дежурный врач. В зеркало у врача я таращился с явным недоумением, но глупо было отрицать очевидное – ран на теле нет. Врач отметил только учащённый пульс и повышенную температуру тела да немного суженные зрачки, правда, отчего это – так и не сказал. Велел отоспаться, но по виду бродящего тут же Каращука было ясно, что это вряд ли удастся, уж точно не в ближайшее время.
Семашко с компанией мурыжили меня профессионально, опять пытаясь восстановить ход встречи чуть ли не посекундно. Я добросовестно пересказал им то, что уже выложил Каращуку, но вот про стрельбу в меня уже не упоминал – без толку. Сказал, что доппель просто стрелял в мою сторону.
Потом пошло: а чем характеризовался доппель, а отличия его от настоящего Юрки… Уже откровенно хотелось их послать, и я попросился в туалет. Сказав, что схожу на улицу подышать свежим воздухом, я снял с вешалки куртку.
На улицу, я конечно, выйду, но сначала…
Запершись в туалете – санузлы тут немаленькие, сразу виден размах сталинских времён, – я взял свою бронекуртку и тщательно её ощупал. Потом, найдя нужное место, поближе поднёс к тускловатой лампе…
Несомненно, это дыра от пули. Даже можно разобрать то ли чуток обгоревшие, то ли оплавленные края – после выстрела почти в упор.
Встряхнув куртку, я совместил её переднюю и заднюю часть…
А вот и выходное отверстие – точно напротив входного, на спине. А вот и ещё одна пара – у другого плеча, и вот ещё, в районе живота… Свитер-то у меня старый и драный – хороший я тогда ещё Маше отдал, так что по нему не понять.
Я прислонился лбом к холодной стене, выкрашенной в ядовито-конторский тёмно-зелёный цвет. Мысли путались.
Конечно, после последних событий куртка моя окончательно потеряла человеческий вид, тут Каращук прав – давно пора её выбросить. Но слишком уж совпадения… нехорошие, что ли? Ну не приснилось же мне, как доппель в меня стрелял, и ощущения, боль, удар – отлично помню.
Как у меня хватило после этого сил броситься на него и повалить? Какое-то раздвоение личности, ей-богу…
И крови на одежде нет.
Так! Что там говорили про Машу – она может становиться невидимой и неосязаемой, это свойство её то ли ауры, то ли энергетики… Может, и у меня нечто похожее? Ушёл в какой-нибудь там астрал, тело ушло, куртка осталась, потому её прострелили, но меня не задели… Да ну, какая-то ненаучная фантастика. Даже с учётом всей специфики здешнего искажённого мира – не могло такое проявиться с бухты-барахты через полтора года пребывания. У Маши-то проявилось сразу, и у меня моё чувство пробоев – тоже.
Может, бабка Зина?.. Нет, мимо – она ко мне даже не прикасалась.
Так!
От неожиданной мысли я аж вспотел.
А не мог ли я открыть тот самый управляемый пробой, который давно пытался? И эти пять метров до фальшивого Юрки пролетел в некоем подпространстве, куда не достают пули?
Угу. Я, значит, в подпространстве, а куртка – туточки… Нет, фигня какая-то. Хотя, тема подумать – у меня была очень яркая цель, которой нужно достичь, а ключ… ключом мог стать Юркин образ, напяленный на доппеля.
Я сполоснул руки и пошёл к выходу – глотнуть свежего воздуха всё же надо.
Мелькнула мысль – может, рассказать всё Семашке? Ну уж нет – тогда они меня ещё незнамо сколько промурыжат… Лучше уж попробовать самому разобраться.
На улице курили двое – видимо, из тех, кому портить лёгкие обязательно надо на свежем воздухе, потому что в Управе обычно не стесняясь курили прямо в помещениях. Постояв немного, я вернулся в холл.
Мысли вернулись к Маше.
Надо выяснить, как она. И обязательно надо спросить это у Семашко – даже не затем, чтобы получить ответ, а для того, чтобы увидеть его реакцию. Не скажу, что слова Соколова меня убедили в непричастности Колледжа к Машиной коме – но прощупать надо все варианты. А то кто знает – может, Каращук и Ко вырубили Машу именно для того, чтобы я стал покладистее…
Тьфу ты. Прямо не знаешь, кому верить. И амулет, как назло, помалкивает.
Амулет!
Вот оно что.
Нужно ехать в Виковщину. С Машей. Кто сможет точно помочь – это Иксения. Она, возможно, не скажет ничего конкретного, но я уже понял – вовремя заданный ею вопрос может оказаться лучше любого ответа…
Глава 22. 20 октября, пятница, утро
К моему предложению отвезти Машу в Виковщину в Управе отнеслись без особого энтузиазма.
Логично, кстати: пока Маша находится в Управе – у них есть рычаг давления на меня. Никаких иллюзий – думаю, они относятся ко мне примерно так же, как Колледж к доппелям. Сотрудничество до тех пор, пока это выгодно.