— И я не один из них.
— Неправда, — возразил я, потому что это было не так. — Ты один из них. — Но это тоже не было правдой. Ужасное чувство. — Дерьмо, — пробормотал я.
— Я люблю тебя, Окс, — произнесла Джесси. — Разве ты этого не видишь?
Я все прекрасно видел. И я тоже любил ее. По-своему.
— Ты уедешь, — напомнил я вместо этого. — Через несколько месяцев.
Она собиралась на другой конец страны в колледж.
— Да. Уеду. И мы собирались попытаться.
— Может, нам не стоит.
Она покачала головой.
— Почему?
— Потому что я не могу дать то, что тебе нужно. И это нечестно.
— Это из-за Джо, да? Все из-за этого маленького куска дерьма…
Я быстро поднялся.
— Не надо.
Глаза Джесси расширились. Губы задрожали.
— Прости, — поспешно произнесла она. — Это не… Не знаю, почему такое ляпнула.
— Это касается только нас двоих, — сказал я. — Не вмешивай сюда Джо.
И она ушла.
— Я чувствую это, — тихо заметил Джо. Мы сидели на крыльце и наблюдали за солнцем. — Тебе грустно.
— Да, — признал я, потому что мне действительно было грустно.
— Хочешь поговорить об этом?
Я покачал головой.
— Пока что нет.
Джо положил голову мне на плечо.
— Ладно.
Позже, когда солнце зашло за горизонт, и на небе появились звезды, Джо сказал:
— Я никогда тебя не оставлю.
— Ублюдок, — бросил мне Крис. — Ты разбил Джесси сердце. Иди на хер, Окс.
Гордо назвал его мудаком.
Таннер заметил, что любовь тяжела.
Рико сказал, что я сердцеед.
Крис не разговаривал со мной три дня.
На четвертый подошел ко мне, заметно нервничая.
Я не мог вынести этого, поэтому обнял его.
Он тоже обнял меня в ответ.
— Я скучал по тебе. Я задница. Простишь меня?
— Конечно, — ответил я, он улыбнулся и купил мне сэндвич в закусочной.
Крис ни слова не сказал о Джесси. Как и я.
Мне исполнилось восемнадцать. Томас не спросил, хочу ли я получить укус. А я не попросил укусить меня.
Грин-Крик был маленьким. В нашем выпуске насчитывалось всего тридцать четыре человека.
Но могло показаться, что толпа исчисляется тысячами, пока мы кричали, когда Картер проходил по сцене.
Он ухмыльнулся и подмигнул, получая свой диплом.
Позже объявили:
— Окснард Матисон, — и от последовавшего за этим рева у меня перехватило дыхание. Беннеты. Моя мама. Гордо и парни. Они кричали и выли. Можно было подумать, что я совершил самую величайшую вещь из известных человечеству.
Буду честен. Я такого не ожидал. Стало больно, но в хорошем смысле.
Иногда боль могла быть хорошей.
— Я буду недалеко, — заверил Картер. — Юджин всего в паре часов езды отсюда.
— Будет не так уж и плохо, — попытался Келли.
— Мы будем постоянно видеться, — заметил Джо.
— Это полный отстой, — признал я.
— Да, — вздохнули они.
Мы лежали на траве, глядя на звезды над нами. Наши тела, так или иначе соприкасаясь, образовывали собой углы и параллели. Джо лежал головой на моей груди, вытянув ноги. Тяжелые ноги Картера лежали поперек моих. Голова Келли покоилась на моем плече.
Мне было тепло. Безопасно. И грустно.
— Все будет хорошо, — заверил Картер. — Обещаю.
— Что, если ты не вернешься? — тихо спросил Джо. Я провел руками по его волосам.
— Вернусь, — пообещал Картер. — Ты станешь моим Альфой. Конечно же, я вернусь к тебе. К Келли и Оксу. Мы — стая. Однажды ты станешь нашим лидером.
— Но я не знаю как, — признался Джо. — Не думаю, что буду в этом очень хорош.
— Ты будешь лучшим, — сказал я ему. — Лучшим Альфой из когда-либо живших.
Джо преобразился, и Картер с Келли рассмеялись.
Они думали, я шучу. Глупый старый Окс.
Но я верил в это всем своим сердцем.
Иногда Томас брал Джо в лес. Они оставались там на протяжении долгих часов. Я никогда не спрашивал, о чем они говорили или чем они там занимались, потому что понимал, это касалось лишь их двоих. Это было не мое дело.
Пока Томас не сказал обратное.
Он послал за мной в середине лета. Картер показался в гараже, его глаза сияли от чего-то непонятного мне. Он был похож на провода под напряжением, обтянутые кожей. Если бы я не знал его лучше, то подумал бы, что он потерял контроль.