— Он дарил тебе цветы, — напомнил я ей, когда она спустилась с крыльца.
— Я имела в виду тебя, — уточнила она. Мама наклонилась и, схватив кролика за уши, оторвала его от земли. Раздался тихий треск, трава прилипла к нижней части тушки. — Ухаживания. Ну что ты скажешь.
— Зачем ты его трогаешь? — в ужасе спросил я.
— Мы же не можем оставить его здесь, — сказала она. — Он наверняка оскорбится.
— Буду с тобой откровенен. Я уже оскорбился.
— Живо, — велела она, проходя мимо меня в дом, — поищи-ка рецепты блюд из кролика в Интернете, пока не ушел на работу.
— Ты капаешь этим на пол!
— Окс, это всего лишь мертвый кролик. Прекращай истерику.
— Речь об элементарной гигиене.
Я не очень хорошо разбирался в интернет-поисках, поэтому погуглил: «что делать, когда твой лучший друг/будущий парень-оборотень ухаживает за тобой и приносит тебе мертвого кролика».
Сначала поиск выдал кучу порнофильмов.
Потом я нашел рецепт Мальтийского рагу из кролика.
Это было восхитительно.
Тушеное мясо, а не порно.
Порно оказалось очень странным.
— Короче, — сказал Гордо, — тебе тут только что доставили корзину с… вроде как восьмидесятью мини-кексами.
— Мини-кексами? — переспросил я, оторвав взгляд от шин, которые менял на Ford Escape 2012 года выпуска.
— Э-э… да. Вроде как их там восемьдесят.
— Это очень много кексов.
— Их принесла Линда из булочной. Ну, вообще-то ее сын, потому что корзина оказалась для нее слишком тяжелой.
Я вздохнул.
Гордо сузил глаза, глядя на меня.
— Мечтательный вздох, — укоризненно заметил он.
И последовал за мной в свой кабинет.
Конечно же, там оказалась корзина с мини-кексами. Самая большая корзина, которую я когда-либо видел.
Я знал, что это значит.
Это нельзя было считать охотой. Правда, не то чтобы я жаловался. Не думаю, что Гордо оценил бы мертвых животных в мастерской.
В конверте обнаружилась записка.
«Заткнись. Это определенно считается охотой.»
Я снова вздохнул.
— Окс, — начал Гордо.
— Значит, быть истинной парой, оказывается, особое дело, да?
— Окс, — повторил он.
— Ты же еще совсем ребенок! — кричал он на меня позже, когда все остальные разошлись по домам. Это назревало весь день.
— Гордо, мне двадцать три. Я уже очень давно не ребенок.
Он сузил глаза.
— Ты хоть понимаешь, что это значит? На что ты согласился? Это же на всю жизнь. Когда волк привязывается, это на всю жизнь.
— Я понимаю.
Томас уже говорил мне об этом. Возможно, у меня и случился небольшой срыв по этому поводу, но это было вчера. Сегодня все обстояло иначе.
— И ты все равно согласился? Ты что, окончательно рехнулся?
— Забавно, — заметил я. — Мне казалось, это моя жизнь. Не твоя.
Гордо начал расхаживать передо мной взад-вперед.
— Как, черт возьми, прикажешь мне тебя защищать, если ты продолжаешь вытворять подобное?
— Я в состоянии защитить себя сам. Мне не нужно, чтобы ты или кто-либо еще защищал меня.
— Чушь. Ты же знаешь, что нужен… — он с рычанием оборвал себя на полуслове.
— Что нужен тебе. Я знаю.
— Я не это собирался сказать, — он хлопнул ладонью по столу.
— Гордо.
— Отвали, Окс.
— Однажды он станет Альфой.
— Мне плевать.
— Ему понадобится ведьмак, — не отступал я.
Гордо отшатнулся, будто я его ударил.
— Не надо. Даже не смей.
— Да что с тобой, черт возьми, случилось? — потребовал я. — Почему ты их так ненавидишь?
Он горько рассмеялся.
— Это уже не имеет значения.
— Имеет, если ты и дальше будешь вести себя вот так. Послушай, я знаю, что ты беспокоишься обо мне. Ты всегда это делаешь. Но ты должен мне доверять. У меня и без того хватает сомнений. Я не могу слышать их и от тебя тоже. Приятель, ты нужен мне. Чтобы прикрывать мою спину.
Разумеется, Гордо тут же ухватился за эти слова.
— Сомнения? Тогда зачем ты вообще это делаешь?
— Только не в нем, — ответил я. — Я сомневаюсь в себе. Что, если я недостаточно хорош для него? Что, если я не смогу быть тем, кто ему нужен?
Гордо перестал расхаживать по комнате, его плечи поникли.
— Окс, ты не можешь так думать.
— Да ладно? — фыркнул я. — На самом деле это довольно легко.
— Всему виной твой отец. Это он сделал такое с тобой, — сказал он, нахмурившись. — Следовало хорошенько надрать ему задницу, когда у меня была такая возможность.