Я удивленно поднял голову.
— Мне это не нравится, — припечатал Гордо. — Совершенно. Но я все равно скажу, ладно? Любому, кому посчастливится назвать тебя своим, следует благодарить счастливую звезду. Я не даю тебе своего одобрения, потому что для тебя это все равно не имеет значения. На данный момент ничто из того, что я могу сказать, не имеет значения, — его голос дрогнул. — Но лучше бы ему обращаться с тобой так, будто на тебе весь свет сошелся клином, иначе я сотру его с лица земли.
Дотянувшись, я сжал его плечо, пытаясь совладать с подогнувшимися коленями. Конечно же, все, что он говорил, имело значение. Как он мог думать иначе?
— Гордо, — сказал я. — Гордо. Его волк. Он подарил мне своего волка. Каменную статуэтку.
Гордо грустно улыбнулся.
— Я так и думал. Когда приходил повидаться с тобой?
Я отрицательно покачал головой.
— На следующий день после нашей встречи. Когда ему было десять. Я не знал, что это значит. Они сказали, у меня есть выбор.
И тогда я заметил это. Выражение его лица. Этот страх.
— Еще тогда? — спросил он.
— Еще тогда, — подтвердил я. — Гордо. Гордо… — внезапное осознание поразило меня, как же чертовски слеп я был.
— Да, Окс.
— Марк…? — я почти заставил себя промолчать. Но потом все-таки не удержался. — Марк тоже. Верно? Подарил тебе своего волка.
Татуировки на руках Гордо на мгновение вспыхнули, когда он опустил голову.
Я провел рукой по его волосам. Они отросли, стали длиннее. Нужно напомнить ему подстричься. Он столько всего забывает, если я ему не скажу.
— Да, — сказал он, а потом кашлянул. — Да. Именно это он и сделал. А я вернул его ему обратно.
Мы бегали в полнолуние.
Волки окружили меня, пока мимо мелькали деревья.
Они скулили, тявкали, жили и смеялись.
Джо жался ко мне все ближе и ближе. Теперь он был почти такого же роста, как Марк. А когда станет Альфой, то будет размером с Томаса.
Мы вышли на нашу поляну. Остальные разбежались, гоняясь друг за другом. Кусая за лапы и хвосты.
Джо не отходил от меня ни на шаг.
Как-то раз он сказал мне, что когда волк захватывает сознание, вся человеческая рациональность уходит. Он все понимает и помнит, но на более примитивном уровне, на уровне животного и инстинктов.
Джо по-прежнему оставался собой, но теперь уже волком. Который, очевидно, решил, что я недостаточно пахну им.
Он потерся торсом о мои ноги и бедра.
Прижался мордой к моей груди и шее, провел носом по коже.
Картер и Келли подошли ближе, желая поиграть.
Джо зарычал на них, и этот рокот звучал как предупреждение: «Держитесь подальше».
Они склонили головы набок и легли ничком.
Он снова повернулся ко мне, чмыхая носом мне в ухо и шею.
Картер и Келли медленно придвинулись ближе.
Джо проигнорировал их, потому что нашел что-то более интересное у меня за ухом.
Они медленно подползли поближе.
Джо коснулся носом моего лба.
Они придвинулись еще ближе.
Джо повернулся и сердито глянул на них.
Картер зевнул, как будто ему было скучно.
Келли положил голову на лапы.
Джо снова повернулся ко мне.
— Ты ведешь себя глупо, — сказал я ему.
Он оскалил на меня зубы, блестящие и острые.
Я оттолкнул его морду.
— Я тебя не боюсь, — напомнил ему.
Картер и Келли бросились вперед, потираясь о меня с обеих сторон.
Джо зарычал на них, сверкая глазами.
Они же просто потешались над ним.
Позже волки отправились на охоту.
Я лежал на спине, глядя на луну над головой.
Воздух был теплым, а я абсолютно счастливым.
Джо убил лань и приволок ее из леса, чтобы положить передо мной.
Язык ее безжизненно свисал изо рта, глаза были широко раскрыты, уставившись куда-то невидящим взглядом.
— Ты серьезно? — спросил я.
Джо гордо приводил себя в порядок, морда его была покрыта запекшейся кровью и грязью.
— Ты серьезно, — вздохнул я.
— Когда я нашел тебя, — произнес Джо, — то подумал, что весь мир заключен в тебе одном.
— Я подарил тебе своего волка, — говорил он, — потому что тот был создан для тебя.
— Когда появилась Джесси, — признался он, — это разбило мне сердце. Я пытался полюбить ее. Клянусь. И она мне нравится. Нравилась. Но я ненавидел ее. Я так люто ее ненавидел. Когда вы расстались, я убежал в лес и выл на Луну. А потом почувствовал на тебе запах мужчин. Я чувствовал их запах на тебе, и мне приходилось сдерживаться, чтобы не разорвать тебя в клочья. Я хотел сказать, чтобы ты подождал. Хотел просить тебя дождаться меня. Но не мог, потому что это было несправедливо по отношению к тебе. А потом появился Фрэнки, и я… я не знаю. Я никогда не думал…