— За что их посадили? — спросил Одинцов.
— Понятное дело за что. Надрались, подрались, подебоширили. К тому же у них сейчас в голове одна мысль стучит. Пока они на войне кровь проливали, гражданские тут жизнью наслаждались. Вот они и сорвались, — разъяснил Лех Шустрик. — Дело привычное. Но с властями вопрос тебе улаживать придется. Ты их командир.
— И за что мне такое наказание? — раздраженно протянул Одинцов.
Весь этот и следующий день прошел в разъездах по разным районам города и выяснением отношений с местными властями.
Айра пришла сама. Откуда она узнала о том, что Серега в городе и живет в «Ячменном колосе», можно было только догадываться. Правда, догадка всего одна — Лех Шустрик постарался. Она была прекрасна и ничем не напоминала ту напуганную рабыню, которую Одинцов спас из подгорного мира. Это была уверенная в себе красивая женщина, занявшая пускай не самое высокое, но устойчивое положение в обществе, которая знает, что несет ей завтрашний день, и не ждет от него неприятных сюрпризов.
Серега был у себя в комнате, когда в дверь постучались. Он открыл дверь и увидел ее.
— Я могу войти? — спросила Айра.
— Да, конечно, — совладав с изумлением, ответил он, пропуская ее в комнату.
Женщина подошла к креслу, опустилась в него, сняла с головы шляпу и положила на стол, руки она сложила на коленях крестом и посмотрела на Одинцова.
— Ты сильно изменился, — наконец сказала она.
Серега захлопнул дверь и прошел ко второму креслу. Отчего-то при виде Айры он смутился.
— Я рад тебя видеть, — невпопад ответил он.
— И я тебя.
Повисла неловкая пауза, которую вскоре нарушила Айра:
— Я уже и не думала, что когда-нибудь увижу тебя. А когда сегодня на пороге дома мадам Гризнобль появился Лех Шустрик, я не поверила своим глазам. А это все-таки ты вернулся.
— Я, — коротко ответил он.
Серега не знал, с чего начать разговор. Внезапно он почувствовал перед девушкой вину за то, что бросил ее когда-то в незнакомом городе одну и скрылся в неизвестном направлении, ничего не объяснив. Возможно, настала пора расставить все точки над «i».
— Айра, понимаешь, я… — начал было говорить он.
Но девушка прервала его:
— Ты думаешь, я такая глупая. Я понимаю, почему ты тогда ушел, ничего не сказав. Ты солдат. Твое место на поле боя. А я стала бы для тебя обузой. Я, конечно, понимаю это… — Внезапно ее глаза вспыхнули яростью, но тут же погасли. — Понимаю, но не прощу.
— Айра, была война. Я не мог рисковать тобой.
— Но мог хотя бы объяснить все сам. А не подсылать ко мне Леха, который, конечно, уболтать может кого угодно, только мне нужны были твои объяснения.
В глазах Айры стояли слезы. Серега почуял, что пара бокалов вина им бы не помешала. Он дернул за шнурок колокольчика.
— Теперь уже и объяснять нечего. Я рад тебя видеть, — сказал он, поднимаясь из кресла.
В следующую секунду он уже стоял перед ней на коленях и держал ее за руку. Какая у нее была изящная маленькая ладошка. Он прижал ее к своим губам.
— Хорошо, что ты сегодня со мной. Ты такая красивая.
— Ты скоро опять пропадешь? — спросила Айра.
Она пыталась понять, сколько у нее есть времени на счастье. Серега не мог ее ничем обрадовать.
— Не знаю. Очень может быть. Я же солдат.
— Я про тебя слышала, — совладав с собой, сказала Айра. — У нас на каждой улице говорили про сотника Волка, одерживающего победу за победой.
— А почему ты решила, что это я? — спросил он, поднимаясь с колен.
Не дожидаясь ответа, Одинцов подтащил кресло поближе к женщине и сел.
Дверь в номер открылась и появилась девушка с подносом, на котором стоял кувшин вина и две кружки. Поставив все на столик, она удалилась.
— Я знала одного человека, которого прозвали Волком, и он был способен перевернуть подгорный мир, если этого хотел. Сотник Волк очень уж подходил под это описание, — ответила она, улыбнувшись.
Серега улыбнулся в ответ, разлил вино по кружкам, протянул одну Айре, другую взял сам. Стукнувшись кружками, он отхлебнул вина, не сводя глаз с женщины.
— Я не знаю, куда меня закинет завтра, но я все равно вернусь, — сказал он.
— Хочется в это верить. Однажды ты уже вернулся.
Серега не знал, что сказать в ответ и надо ли было говорить. Он оставил кружку в сторону, притянул Айру к себе и поцеловал.
В ту ночь она осталась у него и проводила все ночи рядом с ним, пока он был в городе.
К исходу второй недели князь Вестлавт так и не вернулся из загородной резиденции.