— У тебя все в порядке? — многозначительно спросил Василий.
Катя кивнула, погладив на груди Ключ.
Говорить о другом мире, о Грани в присутствии посторонних не стоило, и друзья молча наслаждались присутствием друг друга и небывалой удачей, которая помешала им разминуться. Яно старательно отводил глаза от Кати. Он даже подумал, что если над ним станут подшучивать, как над Иваном, он умрет от стыда.
Тем временем под руководством Мэхо мужчины начали сборы. Убрали балаган, оставили часть выручки у сельского старосты, а еще часть — у торговцев, наконец вспомнивших о своих обязанностях и раскинувших лотки с бубликами, пирожками, овощами, сушеными и солеными грибами. Додина, придирчиво перебирая утиные тушки, выбрала одну пожирнее — она собиралась устроить праздничный обед. Иван настойчиво предлагал циркачам взять у него оставшиеся ложки в уплату за стол и кров, но Мэхо категорически отказался.
Наконец бродячий цирк покинул Перещепино. Мул тянул потяжелевшую кибитку, смешно прядая ушами. Небо затянулось дымкой облаков, из которых сыпался мелкий мокрый снег. Уже потянулись вокруг поля, возделанные под озимые или оставленные под паром. А за полями начались по-осеннему прозрачные перелески. На березовых ветках одиноко трепетали последние желтые листья, сухие осинки торопливо шептали невнятные слова. Несмотря на холодную погоду, кибитку человеческое дыхание нагрело до духоты. Путников одолевала дрема, поэтому сначала никто не понял, что произошло. Кибитка резко остановилась, накренившись вперед так, что все пассажиры едва не вылетели через козлы.
— Мэхо! — страшно закричала Додина.
Ни мула, ни возницы не было. Под пустой обугленной оглоблей лежала кучка серого, дымящегося пепла.
Эйфи громко заплакал. Катя прижала ребенка к себе.
— Демоны, — мрачно сообщил Яно, выглянув наружу. Теперь Катя тоже видела кружащих над кибиткой крылатых тварей. Они были похожи на огромных мух г жирными волосатыми лапами; а из толстого хоботка каждая извергала испепеляющий огонь.
— Значит, Морэф уже нашла нас, — с досадой сказал Яно. — А я надеялся, она не знает, что мы вернулись в Фенлан.
— Они нас сожгут, сожгут, — бормотал Эйфи, пряча лицо в складках Катиной юбки.
Додина рыдала, Грэм с трудом удерживала ее порыв броситься наружу — к тому, что осталось от Мэхо. Василий с Иваном спросонья растерянно вращали головами.
— Так, успокоились, немедленно, — звенящим голосом крикнула Катя. — Иначе сгорим все к чертовой матери. Никто попусту не высовывается, этому огню достаточно коснуться, и все обращается в прах.
— А кибитка? — охрипшим голосом спросил Василий.
Катя пожала плечами. Естественно, и кибитка тоже. Но это не повод впадать в истерику.
— Эйфи, — потрясла она мальчика за плечи, — ну, будь мужчиной, перестань реветь. Скажи еще раз, как ты спасся.
— Залез в коло… в колодец…
— Что это значит? Вода? Или просто глубина? — Василий тоже начал соображать.
— Колодцев здесь нет, — покачала головой бледная Грэм.
— Придорожная канава? Овраг в лесу? Давайте, надо решаться, — Катя схватила Эйфи за руку и первой выпрыгнула из кибитки.
Глава 17
ДОЧЬ БАРОНА НИФ ЗАЙТА
— Осторожно, воздух! «Мэссеры» справа! — кричал Василий.
Оглушительное жужжание приближалось. Гигантские мухи кружили над головами; пикируя, они сплевывали огненные сгустки. Катя, не выпуская потной руки Эйфи, оглянулась на бегу и увидела, как один из таких плевков угодил прямиком в кибитку. Но все пассажиры успели ее покинуть: Иван помогал Грэм вести обезумевшую от горя Додину, Фоз, яростно тявкая, догонял их с Эйфи. А враги посылали им вслед испепеляющий огонь.
У Кати от отчаяния потемнело в глазах. Нет, им не спастись! Лес слишком далеко, а кругом открытое поле, и они видны как на ладони. Или нет? Почему демоны все время «мажут»?
Низкое гудение вдруг раздалось над самой Катиной головой. Девушка рванула за собой насмерть перепуганного мальчишку, а огненный плевок попал ровно в то место, где они были секунду назад. Муха, поводя смертоносным хоботком, летела за бегущими, словно вынюхивая их след.
Снова рядом зашипело. А потом резкий толчок опрокинул Катю на землю. Кто-то упал на них с Эйфи, закрывая своим телом от огненной смерти. Яно! Девушка спиной почувствовала, что это он. Светлые полосы оборотня щекотали ей щеку. Быстро повернув голову, Катя проговорила:
— Вставай. Мне кажется, они нас не видят, только чуют. В бегущую мишень им трудно попасть.