— Йопт! Мужики! Это же баба! — воскликнул Павел, простирая к наезднице руку.
Тем временем отставший Мустафа ускорил бег, желая побыстрее нагнать товарищей, и налетел на стоявшего посреди лужи Павла, так что оба упали.
— Шайтан тебя раздери, Павлин! Ты что встал?! — заорал Засоль, быстро поднимаясь на ноги.
— Что? Встал? Нет еще!
— Чего?!
Артем развернулся и заорал:
— Идиоты! Замрите!
— Что? — крякнул Павел, приподнявшись.
— Не шевелитесь!
Обернувшись, Ходокири и Мустафа Засоль с ужасом обнаружили, что в трех метрах над землей и тридцати от них медленно плывет плазменный шар величиной размером с добрый арбуз. Шар испускал болезненное для глаз голубоватое свечение. Это была шаровая молния, но не та, которую знали с незапамятных времен человеческого бытия. Молния нового поколения. Порожденная изменившимся миром, который, к ужасу людей, явил их же деяниями сотворенные Чертоги со свищами-аномалиями. Капли дождя, попадавшие на мерцавшую сферу, высекали мелкие искры и шипели, мгновенно испаряясь. Вдалеке снова ударил гром.
Шаровуха замедлила ход: потеряла цель. Было известно, что молнии реагировали на человеческое биополе, а также на радиосигналы и электромагнитные поля. Сейчас беглецы ускользнули, и молния медленно возвращалась в состояние покоя. Видеть она не могла. Да и ошибочно было считать ее живым существом. Это такое явление… Хотя, черт возьми, чем не новая форма жизни?
Артем понимал, что молния не успеет окончательно успокоиться. Она приближалась к лежавшим в луже, оторопевшим от страха людям. Вскочить и убежать в таких условиях уже нельзя. Не зря шаровую молнию называют именно молнией — говорят, что она способна опередить пулю. Если Павел и Мустафа побегут, то через долю секунды их обугленные трупы раскидает по переулку. Отвлечь на себя? На таком расстоянии это, скорее всего, сработает, но станет верным самоубийством. Артем Полукров был готов пожертвовать собой ради друзей, но должен же быть иной выход! Он лихорадочно искал вокруг себя подходящую железяку, одновременно прикидывая, как бы успеть ее подхватить, взмахнуть ею и швырнуть в сторону, чтобы отвлечь шаровую молнию. Та погонится за металлом, взорвется и позволит людям спокойно вздохнуть. И важно, чтобы при взрыве никого не задело… Проклятье — шансов действительно нет!
Артем сделал глубокий вдох. Все-таки очень трудно. Ведь это ЖИЗНЬ! Сие острее понимаешь, когда приходит время с нею расстаться. Он уже выбрал место, куда метнется в следующее мгновение, уводя за собой молнию. И это будет его последний маршрут. До чего же нелегко…
Но черный мотоцикл, о котором все позабыли, вдруг взревел двигателем.
Артем вздрогнул, посмотрел. Наездница резко подергивала ручку газа, так что машина, укрощенная ее ногами, неистово рычала. Если неизвестная рейтарша впервые была в Чертогах и не имела понятия о дьявольских аномалиях, то она подвергала себя колоссальному риску. Ревущий двигатель мотоцикла вращает генератор. Источает токи. Создает поле, способное возмутить притихшую на время шаровую молнию. Но было похоже, что именно этого и добивалась женщина.
Мерцание шаровой молнии изменилось. Очевидно, работа мотоцикла уже каким-то образом подействовала на нее, но недостаточно. Шаровая молния так и покачивалась на одном месте, все медленнее и медленнее подползая к Мустафе и Павлу. Те не дышали и с ужасом смотрели на светящуюся дрянь.
Мотоцикл вдруг рванулся вперед, предварительно приподняв переднее колесо и шлифанув задним. Шаровая молния закачалась. Проехав совсем немного, мотоцикл резко развернулся. Теперь загадочная наездница поворотилась спиной к обреченным на гибель рейтарам. Павел Ходокири нашел в себе силы улыбнуться и похвалить:
— Задница что надо.
В этот момент шаровая молния вступила в контакт с возмутителем спокойствия и поплыла к нему, забыв о людях в луже и постепенно набирая скорость.
Лихой наезднице либо крупно повезло, либо она назубок выучила науку выживания в Чертогах и точно знала, что делала. Она развернулась на оптимальном расстоянии от шаровой молнии, чтобы не вызвать ее резкого броска, который непременно убил бы черную всадницу. Да, она хорошо понимала, как поступить. Потянув ручку газа, она встала на дыбы, так что из-под заднего колеса прямо в лицо Павла, оценившего ее стати, ударил поток грязи. Рейт устремился вперед, все ускоряясь, когда уже и шаровая молния заметно прибавила ходу.