— «Громовержец»! Что вы творите, будьте вы прокляты! Прекратить огонь! По своим бьете!
— Что?! — Лейтенант Гильмири вытаращил глаза на экран, где еще мерцали всполохи от серии ударов «ганшипа». — Мы точно атаковали указанную вами цель!
— Вы атаковали нашего наводчика! Вы ошиблись на четыреста с лишним метров и ударили по своим!
— Удар был нанесен по маркеру цели, черт вас дери! — выкрикнул старший оператор.
— Погодите, лейтенант, — вмешалась капрал. — Внимание, «Бора Биляль». Перед нашей атакой мы буквально пару секунд фиксировали два маркера от целеуказателя. Потом один исчез, и мы ударили по оставшемуся. Что вы об этом думаете? Как поняли? Прием.
Гильмири злобно посмотрел на нее. Молодая женщина говорила ровно, без эмоций и истерики — в отличие от него. Она взяла инициативу в свои руки. А и правда, с чего ей нервничать? Отвечать за огонь по своим придется не ей, а ему как старшему. Это не просто отрицательный рейтинг в карьерном листе. Это уже кое-что похуже. Это не просто расход боеприпасов на стрельбу в глину.
А ведь она не может не знать, что в самолете находится телеметрическое устройство, которое пишет все — не только параметры полета, но и метки экранов. Фиксирует огонь бортового вооружения и записывает все радиопереговоры. И теперь, когда по итогам этого чертовски скверного полета начнется расследование, следственная группа увидит, что капрал приняла руководство. Говорила по делу, ничего лишнего — не то что он, начавший вопить что-то в свое оправдание и не попытавшийся разобраться в ситуации. Да эта шлюха копает под него! Метит на его место! Хочет сыграть на свой рейтинг! Она уже списала его, своего командира, лейтенанта Гильмири, со счетов! Его за такое в лучшем случае отправят на биржу труда, а это означало конец. Не будет домика на берегу, в окрестностях Тробзона. Никакой пенсии, никакого льготного лечения. Он не дождется бесплатного обучения для детей. И жена уйдет! Вот так вот, в одну секунду капрал перечеркнула его жизнь. Она ведь тоже хочет жить у Тробзона, лечиться по льготным расценкам и наверняка подумывает родить какого-нибудь ублюдка и учить его в институте корпорации за полцены.
Лейтенанту нестерпимо захотелось схватить капрала за тугой хвост черных волос, со всей силы впечатать в экран смазливую физиономию. Затем повалить раком на пульт, вспороть ее форменные брюки ножом и с лютой ненавистью трахнуть в чертов упругий зад…
— Какие две метки! Мы указали вам одну цель! — воскликнули с земли.
— Но было две метки, — продолжала капрал. — Потом одна исчезла, и мы ударили по оставшейся.
— Перед вашим огнем, за секунду, нашего наводчика ранил снайпер дикарей! Он выронил целеуказатель и…
— Значит, кто-то слушает наши переговоры, — констатировала капрал. — И у него есть точно такой же целеуказатель, настроенный на ту же частоту…
— Мы атакованы! Внимание! Ведем огневой бой!
Капрал взглянула на лейтенанта.
— У дикарей наш лазерный целеуказатель. Как такое может быть? Это ведь дикари, прослушав наши переговоры, навели нас на отряд «Бора».
— Капрал Ширин, по какому праву вы нарушили командную цепь, субординацию и взяли руководство на себя? — прошипел Гильмири.
— Наши люди там в беде, лейтенант. Надо что-то делать.
— Гильмири, — послышался в динамике голос первого пилота. — Мы потеряли скорость и высоту на заходе. Мы покидаем зону?
— Заходим на второй круг. Сотрем в порошок этот проклятый Чертог, — проскрежетал лейтенант, не сводя ненавидящего взгляда с Ширин.
— Но у нас снижение высоты и скорости. На втором круге потеряем еще. Это опасно.
— Я сказал, заходим на второй круг.
— Хорошо, но мы сделаем большую петлю и восстановим скорость и высоту.
— Делайте все, что нужно, но дайте мне второй заход на цель, черт вас дери!
В здании больше никто не подавал признаков жизни, зато конструкции продолжали осыпаться. После сокрушительного удара с неба дом разваливался. И в то же время атаковали из кустов, по другую сторону от погибающего строения. Похоже, что их было четверо, один с «Калашниковым» — судя по звуку. Не проводник ли из местных?
Мустафа выпустил еще одну очередь и перекатился. Похоже, он вновь промахнулся, но брошенная Артемом граната явно достигла цели: кто-то истошно завопил. В ответ полетели еще три. Одна ударилась в угол дома и отскочила. Но вот две другие…