- Будет исполнено, господин командующий.
Затем они направились в штаб, откуда, после обеда, гросс-адмирал отбыл в Берлин.
Вечером этого же дня, с базы кригсмарине в Палдиски, вышли три лодки. Они относились к числу подлежащих консервации в прибрежных водах острова Рюген. Малонаселенный, расположенный в Померании и отделенный от материка узким проливом остров, как никакой другой подходил для этих целей, поскольку изобиловал многочисленными заливами со скальным грунтом и нужными глубинами.
Рубки идущих строем кильватера кораблей были оборудованы специальными шлюзовыми устройствами, позволяющими осуществить их покладку на грунт с последующей эвакуацией команд. Они были немногочисленными и состояли из специалистов-штурманов и электромехаников. На борту субмарин находилось все необходимое для ведения боевых действиях в «особых» условиях.
В точке рандеву, находящейся в нескольких милях от острова, лодки были встречены стоявшим на якоре тральщиком, с мостика которого в их сторону понеслись вспышки ратьера.
Затем корабли перестроились и застопорили ход, после чего с них были сняты команды. Оставшиеся на борту офицеры задраили люки и, открыв кингстоны, осуществили покладку субмарин на грунт. Потом, облачившись в дыхательные аппараты и используя шлюзовые камеры, всплыли на поверхность.
Аналогичные работы, по приказу гросс-адмирала, проводились и на нескольких тайных базах в Арктике. Но в отличие от Балтики, консервация лодок там осуществлялась «сухим способом», в специально для этого созданных укрытиях и естественных гротах. Война на море, вступала в свою новую фазу.
…Хмурым январским днем 1945 года, из Данцингской бухты в зимние воды Балтики вышел океанский лайнер «Вильгельм Густлов» в сопровождении эсминца охранения. Он был построен в Гамбурге в 1938 году по последнему слову техники. Этот десятипалубный красавец, с множеством комфортабельных кают, ресторанами, плавательным бассейном, церковью, танцплощадками и зимним садом, был одним из крупнейших судов Рейха и считался непотопляемым.
На его борту находились более трех тысяч новоиспеченных специалистов-подводников, женский вспомогательный батальон и высокопоставленные представителя администрации Рейха в Восточной Пруссии с семьями.
В 23.08 по берлинскому времени лайнер был атакован находящейся на позиции советской подводной лодкой С-13 и в течение часа затонул.
Когда Деницу доложили об этом, гросс-адмирал был потрясен. Рушились его последние надежды на продолжение боевых действий в Атлантике. Вместе с другими пассажирами лайнера, на дно ушли шестьдесят экипажей, которых ждали сошедшие со стапелей фатерлянда лодки.
По этому поводу командующий получил жесточайший разнос от Гитлера и немедленно созвал совещание в штабе. Предстояло определиться, как действовать дальше.
Гросс-адмирал осознавал, что война проиграна, но настойчиво гнал от себя эту мысль. У него оставалось два последних козыря. Первый: сеть тайных баз кригсмарине в Арктике и Южной Атлантике.
При определенных условиях, оттуда можно начать очередную победоносную войну против России с новыми союзниками - американцами и англичанами (в том, что они не пожелают делить победу с русскими, Дениц не сомневался). И второй: гросс-адмирал располагал всей технической документацией по производству «тяжелой воды» и созданной на ее основе бомбы. Дело оставалось за малым - обеспечить надежную сохранность этих сведений до нужного времени.
Но если по поводу баз Дениц не волновался, то судьба бесценных документов вызывала у него беспокойство. Гросс-адмирал опасался, что те могут попасть к союзникам не из его рук.
Это и породило мысль, переправить всю техническую документацию об «оружии возмездия», на одну из тайных баз кригсмарине в Латинской Америки.
Задача облегчалась тем, что с аналогичной просьбой, касающимся наиболее ценных архивов Рейха, к адмиралу обратился глава партийной канцелярии НСДАП Мартин Борман.
По данному поводу, между ними состоялась встреча, на которой Борман сообщил, что это конфиденциальное поручение фюрера и груз поручено отправить ему лично.
После встречи Дениц вызвал к себе начальника штаба и поинтересовался состоянием кильского отряда субмарин, сформированного по его приказу.
- В настоящее время, из-за участившихся бомбежек, он передислоцирован в Свинемюнде, находится в полной боевой готовности и может выйти в море немедленно.
- Что ж, отлично Эбергард. А кто из командиров является старшим в ваше отсутствие?
- Капитан 3 ранга Клаус Роге.
- Достойный выбор. Роге волевой офицер и отлично зарекомендовал себя в походах. А теперь слушайте меня внимательно.
Вам предстоит организовать доставку в отряд особо секретный груз из канцелярии фюрера. Его будут сопровождать люди Бормана. Вместе с грузом переправите туда и мой личный архив. Все это разместите на «дойной корове» с самым опытным командиром, а Роге лично проинструктируете об особой ее охране на берегу и в море. Надеюсь вам все понятно?
- Так точно, господин гросс-адмирал.
- В таком случае, свяжитесь с рейхсминистром и приступайте к операции…
Через сутки, взяв курс на Свинемюнде, с одного из военных аэродромов на окраине Берлина, в сопровождении истребителя, взлетел транспортный «юнкерс». На его борту находился груз, состоящий из двадцати запаянных металлических ящиков с имперскими орлами. Груз сопровождал лично Гот, у ног которого стояла металлическая гофрированная шкатулка и оберфюрер СС из канцелярии Бормана.
По прибытию в Свинемюнде, ящики были перегружены в крытый «даймлер» и под охраной бронетранспортера, доставлены в порт.
Там, под надзором Гота, Роге и эсэсовца, они были помещены в провизионную выгородку одной из транспортных лодок отряда, у запертой и опечатанной двери которой сразу же был выставлен часовой.
После этого, проведя тщательный инструктаж Роге и командира «дойной коровы», по поводу сохранности груза, а также получив от них соответствующую расписку, берлинские гости, не мешкая, отбыли в столицу…
20 апреля 1945 года в подземном бункере рейхсканцелярии в последний раз собралась верхушка Третьего рейха.
Здесь присутствовали - Геббельс, Гиммлер, Борман, Дениц и еще несколько высокопоставленных лиц. Все они прибыли поздравить фюрера с очередным днем рождения.
Выйдя в сопровождении Евы Браун из своей комнаты, Гитлер коротко поприветствовал соратников и, шаркая ногами, начал их обход.
Выслушивая поздравления, он вяло пожимал каждому руку и произносил в ответ несколько слов. Затем все перешли в личные апартаменты фюрера, где по этому поводу был накрыт стол.
Несколько позже они поднялись наверх, где в парке, у самого входа в бункер, были выстроены офицеры ставки, охрана и небольшой отряд гитлерюгенда.
При появлении зябко кутающегося в шинель «отца нации», все вытянулись и, выбросив вверх руки, проорали нацистское приветствие.
Сопровождаемый гостями и кинохроникером, фюрер медленно прошелся вдоль короткого строя, апатично потрепав по щекам нескольких одетых в униформу подростков и, брызжа слюной, обратился к присутствующим с бессвязной речью.
Суть ее, как всегда, сводилась к неизбежной победе Германии.
После этого вся верхушка, за исключением Бормана, вновь спустилась в бункер, а он, отдавая какие-то распоряжения начальнику охраны, задержался наверху.
Возвращаться к своему «патрону» личный секретарь и рейхсминистр не собирался. У него в кармане лежал подписанный Деницем приказ, согласно которому отряду субмарин Роге предписывалось немедленно выйти в море, приняв на борт Бормана и сопровождающих его лиц.