Спустился в зал таверны. Сейчас народу здесь побольше было, чем ночью — утро еще сравнительно раннее, все потянулись есть и похмеляться, перед очередным рабочим днем. Ребята, по виду, не понаслышке с дорогой знакомые. Ну и виднелась парочка мужиков в кожаных плащах да с перекошенными шапками.
— Курьеры это, — слегка удивленно ответил трактирщик. — Хорошо платят, согласись? Одежка дорогая, кони выносливые…
— И работа тяжелая и опасная, — продолжил я логическую цепочку. — Давай-ка мне на моих яичницы, и мне тоже.
— А что опасная — так если дурак, то на ровном месте убьешься. Вон, у меня дядя занозу подхватил, палец распух — и через неделю вся кровь черная стала. Так и помер, пердун старый.
История как история, бывает. Дождавшись своей порции еды, еще горячей яичницы с беконом, которые тут на громадном очаге готовили, понес все это добро в конюшню, на растерзание девчатам. Пришлось, конечно, с едой и пребывание их дневное оплатить — но хрен с ним, не так уж и дорого. И пусть лучше сидят там, чем по округе болтаются. Не хочу, чтобы влипли в какие-нибудь неприятности, пока в городе буду.
Пока, собравшись кругом, стремительно все уплетали — в голову пришла логичная, в общем-то, мысль. Курьеры — они кто? Носители информации! В разных местах бывают, слухи слышали. У кого надо спрашивать за взвод девчат, так это у них. И вообще, ошиваться вокруг подобных трактиров, таверн, постоялых дворов. Мест с большой концентрацией всякого рода путешественников. А я чего-то решил в городе спрашивать, на автопилоте.
Ну, раз ошибку обнаружил — исправлю. Но сперва все же девицу довести. Может, еще и доплатят за это — ну, и насчет проданных лошадей нужно как-то вопрос закрыть. Я-то себя считаю в своем праве, но суженый ее может так не думать, верно сказала.
Мелочь сыто икнула, обозначив конец завтрака. Быстренько потрепал всех и каждого по голове, наказал сидеть и не лезть в проблемы, и двинулся обратно в здание.
Вовремя. Девица как раз спустилась и оглядывалась в поисках меня, стоя у лестницы. Платье, или чего она там напялила, было скрыто под мешковатой… робой? Да, наверно, оно так называется. Махнул, она кивнула, и мы вместе вышли наружу.
— Уж хоть не убегай, раз взялся проводить! — прошипела она. — Кто меня защитит, в случае чего?
— Ваше великолепное очарование и умение находить общий язык.
Выйдя на главную дорогу, которая вела в теперь уже открытые ворота в город, заметил интересную картину. В нашу таверну еще один курьер прибывал, всадник. Верхом на…
Верно. Девке-кентавре. Весь оголенный, блестящий от пота торс был покрыт племенными татуировками, грудь скрыта за плотно намотанной тканью. Уставшая, но довольная. И прямиком на конюшню. Среди прочего народу внимания никто особого не обратил, разве что кто-то поцокал языком недовольно, да парочка девушек с корзинками, выходивших с соседнего двора, шустро скрылись за забором и дождались, пока кентавр скроется. Затем пошли как ни в чем ни бывало.
Вывод? Цивилизация, чего еще сказать. Городское смешение, все дела. Ну, в данном случае — пригородное.
Волчицы не совсем уж пропащие дуры, к подкованной скотине кило под триста не полезут, так что можно не беспокоиться, решил я. Подхватил спасенную девицу под руку и повел к воротам. По пути решил спросить все-таки:
— Зовут-то вас как?
— Лорен Херш, — ответила она. — Хотя бы сейчас соизволили узнать, и на том спасибо!
— На секундочку, это вы меня в постель затащить пытались, когда мы друг друга не знали вообще.
— Награда не требует имен, она требует лишь мужчину! — она высокомерно смерила меня взглядом. — Но с вашими «принципами» вы сами упустили свой шанс! И теперь я буду помолвлена с человеком, который лучше вас во всем. Завидуйте!
— Да я как-то не по мужчинам.
Она высокомерно усмехнулась.
На входе в город проблем не возникло от слова совсем. Если скрипучие телеги местных крестьян осматривали более-менее внимательно, то с пешеходами не заморачивались. Сказали мордами покрутить, никаких язвочек не увидели, затем просто мзду затребовали.
Тогда как местные проходили бесплатно. Ну, видимо, по одежке распознали, что деньги водятся. Да и Лорен выделялась, слишком уж ухоженно выглядела — даже на фоне других местных девушек и женщин, которые в целом смотрелись почище, поопрятнее и привлекательнее, чем в документалках о Средневековье. Скорее, как в героических фильмах, где уродливые только старухи-колдуньи, а на остальных вполне приятно поглядеть.