Они переглянулись. Затем, наконец-то, вложили оружие в ножны. Сразу обстановка как-то попроще стала, не такая напряженная.
— Можно и с нами, — он оглянулся на своего товарища, который все так же пытался привести курьера в чувство. — Эй! Ну как он там?
— А ты сам подойди, я в магии ничего не понимаю! — ответили ему.
— Здорово. Ну, давайте так. Ты — собери со всех деньги, ценности, чего найдешь, в общем. Потом поделим, — сказал чародей своему соратнику. Затем на меня посмотрел. — Фляжку у кого-нибудь возьми. Только смотри у меня — ничего, кроме фляжки, не трогай! Ясно тебе?
— Более чем.
Чародей потопал к курьеру, на ходу намазывая себе на раны чего-то кислотно-зеленое, и пришлепывая поверх отрезы ткани. Зыркнув подозрительным взглядом, его соратник подошел к ближайшему трупу, бандиту, и первым делом заглянул тому в рот. Недовольно цокнул, полез в одежду.
Ну а мне и правда пить хотелось, так что подошел к ближайшему убитому путнику. Нашел у того на поясе флягу, поболтал, открыл, понюхал. Вода с слабенькой примесью алкоголя, вся теплая. Деваться некуда — так что прополоскал себе горло. На вкус та еще херня, но хоть вода не испортилась.
Теперь же…
В какое-никакое доверие втерся. Пора его разрушить — ради моих девчат. Я уверен, что эти курьеры выехали за нами, преподать урок за то, что мы убили одного из них. Пусть он сам и виноват, но это в данном случае неважно. Убили одного из них? Убили. Значит, надо наказать. Логика простая и понятная.
Так что, с флягой в левой руке, подошел вплотную к мародеру. Тот уже успел к следующему бандиту перейти, и увлеченно у него ковырялся во рту, пытаясь выдернуть зуб из серебра или золота. То, что мужик, вообще-то, еще был жив, слабо подергивался и булькал, того не смущало от слова совсем.
Самое время.
— Может, чего покрепче найдется? — спросил я и потряс флягу.
— Нет. Порядок строгий, крепче в дороге нельзя, — ответил он, покосившись на меня снизу-вверх и вернулся к делу.
А занимался он тем, что пальцами расшатывал зуб. Судя по движениям и сопению — вполне получалось.
Ну, пришлось помешать. Кинжал в руке, отбросил флягу вперед, чтобы в его поле зрения плюхнулось, отвлекая. Следом схватил за голову, закрыв рот — ну и острием в горло, под кадык. Пару раз. Мои бедные руки уже буквально ныли от всей выпавшей им за день нагрузки, но я усилием воли не обращал на это внимания.
Минус один, безвольным мешком плюхнулся в пыль. Те двое, что сейчас склонились над курьером — этого даже не заметили.
Мелькнула шаловливая мысль, что можно так попытаться еще одного из них прибить, но рисковать не стал. Вместо этого я просто помахал рукой в сторону леса и указал на них, призывая моих волчиц атаковать. Получилось криво — но суть донес.
Всего через пяток секунд из леса, прямо напротив путников, бесшумно выскочили мои девчата. Бесшумно, быстро, смертельно. Вскочить-то парни успели — но не достать оружие, так как были заняты курьером. Ну и были убиты.
Разумеется, самая младшая вновь целилась в горло. Выбежала быстрее всех, прыгнула на чародея, опрокинув его на землю, резко вгрызлась — и вырвала шмат мяса. Со вторым поступили не так жестоко. Альфа попросту проткнула ему грудь мечом. Судя по скрежету — через кольчугу. И еще одна волчица всадила ему меч в пузо. Вот как-то так эту утомительная дорожная встреча и закончилась.
Ну, не совсем. Это горячая стадия завершилась — теперь нужно разобраться с последствиями. Мы тут немного… наследили. Да и один потенциально живой еще оставался, курьер, которого волчицы проигнорировали во время атаки.
Побрел к ним, попутно осматриваясь. Прилично мы тут устроили. Да чего уж — я устроил. Нечего свои решения на других списывать. Кругом тела, вон отрубленная голова демона в пыли валяется, кровищи разлили десятка три литров, по ощущениям. Могли бы все жить, а получилось как получилось.
Да и хрен с ним. Сейчас всех обыщем, все полезное заберем, тела в кусты оттащим и двинемся дальше.
— Так, все молодцы, — сказал я девчатам, преданно на меня глядевшим. Возбужденные, у каждой грудь вздымается и опускается в такт дыханию, на оголенных частях тела пот поблескивает. — Но в следующий раз — давайте уж как-то без зубов обойдитесь.
Смотрел я при этом на младшую. Поверх подсохшей было крови арбалетчика, вокруг ее рта поблескивала и капала на землю и грудь кровь чародея. Зубы тоже в кровище. Из-за всего этого радостная ее улыбка казалась… зловещей, пожалуй. Особенно в сочетании с широко раскрытыми зрачками.