Секунды две ничего не выражающего взгляда. Показалось даже, будто слышу скрежет древнего жесткого диска — что, наверно, не слишком-то далеко от истины. Любое железо потихоньку выходит из строя от долгой работы или долгого простоя, и автоматон явно не исключение. Все верно, приглядывать за ней надо.
— Память повреждена. Кроме того, разглашение частной медицинской информации было бы неэтично, и мои установки разрешают это лишь в определенных случаях.
— Очень удобно, — ответил я. — Так понимаю, тебя и собрали как врача?
— Да. Однако, я способна выполнять широкий спектр потребностей хозяина, — Марта сделала… э… книксен? Полуприсела в поклоне, отчего в и без того поврежденной одежде еще дыры появились. — Включая работу служанкой, сиделкой, поваром и… и постельные нужды.
И эта туда же. Еще и заикнулась, отчего ровный безэмоциональный голос на последние пару слов приобрел какие-то стеснительные нотки.
— Обойдемся без постельных нужд. Надо будет тебя во что-то более целое переодеть, если получится.
Пока Марта разглядывала свою форму, опустив голову, я заглянул в окно. Из глубины комнаты, все как полагается. Рассвет там уже взошел, солнце еще не особо-то высоко — раннее утро. Улицы пусты. Сейчас, по крайней мере. Ни «строителей», ни тварей. Снова предстояло унылое наблюдение, но это необходимо — и проследить, как сейчас местные бродят, и Альфе дать поспать.
— Моя одежда и правда требует замены, — сказала автоматон. — Вы, мой хозяин, можете одеть меня во что угодно, однако для лучшей работы по первоначальному предназначению, я рекомендую белую, подтянутую и тщательно выстиранную с использованием хлора одежду.
— Ты воды не боишься?
— Моя конструкция предусматривает возможность погружения под воду до девяти футов включительно.
— А кожа моется?
— Мое покрытие создано с учетом возможности попадания телесных жидкостей и подлежит мытью с использованием кипяченой воды и чистящих веществ.
— Значит, если ничего подходящего не найдется — будешь оперировать голой.
— Как прикажете, хозяин, — она слегка поклонилась.
На этом наш сомнительный разговор закончился, и я остался наедине с мыслями. И наблюдением, конечно. Было, о чем подумать — но сейчас стоило прикинуть, как именно действовать дальше, а не над далекими перспективами задумываться.
Весь этот автоматизированный город — одна большая перспектива, судя по ночному рассказу Марты.
Так. Согласно плану, надо было добраться до констеблей. Автоматизированный пункт, он же место базирования, управления и арсенал. Судя по тому, что по улицам так и курсировали автоматоны, да и Марта вполне работоспособна — блюстители порядка уж точно должны сохраниться. Вот их-то и стоило попытаться использовать против тварей. А не выгорит — оставался арсенал. Про оружие Марта ничего не упоминала, но самого слова в сочетании с предназначением здания было достаточно, чтобы прикинуть, чего там может храниться.
Итак, план А. Выпустить констеблей сражаться с тварями. План Б. Взять оружие и пробиваться с боем. План В. Если оба варианта невозможны или провалятся по тем или иным причинам, оставалось только потихоньку-помаленьку пробираться из города, стараясь вот вообще ни с кем не встречаться. Больно уж ценный у нас груз, чтобы им рисковать.
На улице, тем временем, пошло какое-никакое шевеление. Снова «строители», снова лезли к лампам. Только на этот раз они катили за собой бочку на колесах. Вполне внушительных размеров, литров эдак на три тысячи — и катили они ее вдвоем, медленно, но уверенно. Остановились у одной из ламп, не у ближайшей, вытянули гибкую трубу и воткнули ее куда-то в основание фонарного столба. Затем один из них принялся работать ручным насосом.
Заправляют, значит, фонари. Интересно — а горючка откуда? Что, у них вышка тут еще где-то прячется и нефть качает, и маленький перегонный заводик где-то во дворе стоит вдобавок? Тоже, так-то, было бы неплохим приобретением.
Я ждал, что и монстры появятся — но нет. Лишь эти двое, в своих желтых касках и оранжевых жилетах. Они и заправить успели, а это заняло эдак с полчасика, и дальше свою бочку покатили.
А монстров все нет. Ни единой стремной тварюшки. И даже того вытянутого, первого хозяина Марты.
Едва ли они все разорвали друг друга на куски. Скорее, раны зализывают. А это значит, что лучше бы нам прибавить в осторожности — кто знает, где именно они сейчас. Может, кто-то рядом с констеблями сидит, а? Сидит и ждет глупого свежего мяска.
Солнце поднялось достаточно высоко. Больше никого не проходило, так что пора бы выдвигаться.