— Там ничего не мешает? — спросил я?
— Нет, сэр.
— Тогда возьми-ка эту бутылку с маслом и полей петли как следует.
— Хорошо, сэр.
Спустя еще минут десять мы сумели-таки открыть эту гребаную дверь. Пришлось еще немало так сил приложить, и это с помощью автоматона-то, но в конце концов сумели распахнуть створку достаточно, чтобы можно было проскочить внутрь. В этот раз первым входил я, как самозваный специалист по общению с машинным разумом.
Томми стоял как прилежный солдатик, навытяжку и руки по швам. А еще у него на бедре я разглядел нечто, подозрительно похожее на застегнутую кобуру.
— Хорошая работа, солдат! — сказал я и похлопал его по плечу. — Не подскажешь, где сейчас проходит передача полномочий? Нам нужно передать новому командованию участком срочный пакет.
Он повертел глазами, осматривая нас. И я вот не сказал бы, что мы выглядели сколь-либо доверенными лицами. Я-то еще туда-сюда, вот девушки… Одна автоматон в рваных обносках, из-под которых проглядывает что-то подозрительно похожее на соски, другая с ушками и хвостом.
— Сожалею, сэр, но я не владею такой информацией. Полагаю, вы сможете узнать это у охраны внутри.
— Тогда возвращайся на пост, Томми. Спокойного дежурства.
— Спасибо, сэр.
Он потопал обратно за стол. Я подумывал попытаться упереть у него содержимое кобуры, но решил не рисковать. Может, солдатик не слишком-то умный, но вот уж это он бы точно воспринял как что-то неправильное. Так что мы спокойно пошли вглубь здания, в саму бетонную крепость.
Тут украшательств уже не наблюдалось, все сугубо утилитарно. Голые стены, голые полы, слабенькие лампы под потолком — которые, кстати, работали, даже не моргали. Всего немного прошлись, и мы оказались в «предбаннике». Оч-чень хорошо простреливаемой зоне, иными словами.
Не слишком-то широкий коридор. По центру спереди — дверь, открыта. Слева и справа от нее бойницы, в которых кто-то, да виднеется, в тех же самых широкополых касках.
Я как увидел — так едва на пол не бросился. Слишком уж угрожающе выглядело. Но суеты не наблюдалось, криков с приказом остановиться не было, так что мы спокойно, быстрым шагом, преодолели коридор и вошли в основное здание.
И, да — там Томми стояли, две штуки. Что еще интереснее, они были вооружены. Чем-то откровенно уродливым, но весьма похожим на пулеметы. Магазин почему-то сверху, например.
Внимания на нас Томми не обратили, так и глядели себе тихо-смирно в бойницы, держа оружие наизготовку поперек груди. Вот и хорошо. Вот и правильно. Раз мы здесь, раз никакого военного или чрезвычайного положения не объявлено — значит, нам тут находиться можно. Стойте себе спокойно, а мы дальше пойдем.
Осталось только понять, куда именно. На стенах висели таблички-указатели, но без знания письменности они вообще бесполезны. Одна и та же табличка с одинаковым успехом могла обозначать и туалет, и пункт управления, и вообще что угодно. Единственный вариант — пройтись ножками, заглядывая в каждую дверь. Ну, придется.
Так, стоп. У нас же Марта есть! Топает себе молча, позади меня и перед Альфой.
— Переведи-ка вон те таблички, — сказал я, обернувшись и ткнув пальцем. — Это же указатели, да?
— Да, хозяин. Там написано: камеры заключения, склад и столовая, — ответила она.
— Понятно. Будем шастать, пока не найдем, откуда тут всеми управляют. Так что на ходу читай мне все таблички на стенах, дверях. В общем, любые указатели.
Получив утвердительный ответ, я повел наш небольшой отряд дальше вглубь крепости. Нашли кое-что, но из полезного — только скромную металлическую дверь с не менее скромной табличкой «Арсенал». Под охраной солдатика, разумеется. Еще один Томми стоял у камер, другой у склада, все нас проводили взглядами, но делать ничего не стали — а мы и не пытались в их зоны ответственности пролезь. Так что надо было переходить с этого хозяйственного этажа на следующий — мимо лестницы проходили, сразу подниматься не стали. Вот теперь пора.
Обычный бетонный пролет, здесь ничего выдумывать не стали. Без всякой спешки мы двинулись вверх и, когда почти уже до второго этажа добрались, Альфа вдруг сказала негромко:
— За нами что-то скрипит. Как та дверь.
Остановился, прислушался — вроде, ничего. А затем уловил-таки звук один, и это был совсем не скрип, а вполне себе «бламц!» металла. Будто закрылось что-то тяжелое. Вроде двери. А таковых мы прошли только две, в парадном домике и в предбаннике.
— Будь готова. Только за горло грызть не пробуй, они металлические все, — сказал я.