Прилично, не поспоришь. Но я уже выбрался из Диких Земель, сбежав от нескольких монстров — так что уж просто пройтись-то не проблема. Однообразная дорога, только и всего.
Но сперва я дорогу уточнил. Тут и заказанное мною пиво прибыло, порадовав собеседников. На пальцах и жирных следах на тарелке они объяснили мне, куда идти, по каким дорогам и чего там придется опасаться. Последнего, благо, немного. Забредали сюда монстры с грудью, но поодиночке и хиленькие, вроде овечек. Больше естественных угроз.
Путь пролегал через лес, не слишком-то большой и могучий, но все же — и там жили волки. Ну, в смысле, на четырех лапах и с вытянутыми носами, нормальные животные, а не мои девчата. Там же можно было на бандитов наткнуться, но это совсем редкий случай.
И, на одном участке, сбоку от дороги располагались руины. Древние, непонятно чьи. Соваться туда не следовало — пропадали все, кто рисковал вглубь залезть. Разве что в самом крайнем случае в крайних строениях прятаться, если гроза в чистом поле застала, да и то непонятно, что страшнее — в поле, или там сидеть.
Принял к сведению. Но какое-то насмешливое чувство утверждало, чешась в затылке, что все-таки туда загляну в итоге, так или иначе. Не может ведь весь путь без проблем пройти!
Посмотрим.
Вышел из этой таверны, зашел в «свою» и прямиком к трактирщику, с остатками денег. Там оставалось-то пяток монет. Их-то ему на стойку и вывалил:
— Хорошо закупились, — сказал я. — Вот тебе, как и обещал.
— И даже до конца не потратил? Странный ты, паря, — ответил он, сгребая деньги. И немедленно потерял ко мне интерес.
Ответил ему тем же, вышел на улицу и вернулся к своим волчицам. Еще издалека заметил, что у них там пополнение нарисовалось, так что прибавил ходу. Вот только еще одной драки мне и не хватало.
Оказалось, тут никакой драки. Это с интересом крутилась вокруг та девка-собака, прибывшая днем с караваном. Узнал по наполовину свисшим ушкам. Одета бедно, лишь бы прикрыться, на ногах ничего, кроме собственной шерсти. Коротким хвостом дружелюбно помахивала, глядя на мелочь — которая рвалась навстречу, поиграть, но Эльза, как всегда, крепко ее держала и косо глядела на неизвестную. Остальные просто скучающе поглядывали.
— Ну и что тут у нас? — сказал я, подойдя.
Собачка подпрыгнула, взглянула на меня:
— Пришла познакомиться с дикими родственницами! А они все хмурые и даже щенка не отпускают! Как так?!
Прямо так и хлестала энергией. Ну, придется эту энергию притушить — нам пора.
— Они не такие доверчивые к незнакомцам, — сказал я. — И правильно делают. А то лезут всякие.
— А и я тоже не доверчивая! — воскликнула собачка. — Я, вообще-то, сторожевая! И к товару я не подпущу даже если меня чесать одновременно за ухом и по пузику!
Угу. Оно и видно.
— В любом случае, нам пора идти. И… советую тебе держаться подальше от одинокой кентавра, кобылы, если встретишь. Она любит пинаться.
— Ну вот…
Поникнув, она побрела прочь, к тавернам. Вся грустная-грустная, демонстративно. Да и хрен с ней — переживет, не маленькая. Сейчас бы нам вместо дороги броситься ее утешать, ага. Ну, мелочь в очередной раз попыталась вырваться, глядя той прямо в спину, но не вышло.
Присел перед волчонком, потрепал по макушке:
— Когда-нибудь в другой раз поиграешь. Тебе еще рано бегать, ты пока от удара не оправилась.
— А вот и нет! А вот и могу я бегать!
— Можешь, — согласился я. — Но можешь — не значит, что должна. Будь хорошей девочкой, потерпи хотя бы пару дней.
— Но я здоровая! Мне все уже зализали!
И стала пытаться подпрыгивать. Пытаться — так руки Эльзы на ее плечах прижимали ее к земле, так что прыжки превратились в подергивания всем телом и недовольное фырканье. Миленько. Но это не отменяло того, что я решил перестраховаться.
— Эльзе тоже, — сказал я. — Но, как видишь, бегать ей тяжеловато. Сейчас-то может тебе и нормально, а потом хрустнет какое-нибудь пропущенное ребро, и все, тоже будешь от ходьбы выдыхаться. Так что…
Выдернул мелочь из хватки ее старшей сестры, и посадил себе на плечи — перетерпев уж боль в руках. Отсюда никуда не денется. Ни разу, по крайней мере, не спрыгивала — ну и за ноги держу, на всякий случай. Недовольное пыхтение, фырканье, еще и хвостом умудрилась мне в нос и глаз залезть, резко им помахивая, но да ладно.