Я вздохнул. Не, нихера не показалось. Они и так выглядели достаточно женственно, а тут я смотрю на одну пару губ, на пару губ ниже — и чего-то запускать их вообще не хочется. Но и бросать не хочется. Я все-таки рассчитывал, что они хоть попытаются починить автоматона, и тогда к нам вернется самый компетентный медик в округе.
Эх… Ну, у них там подчинение прямо зашито в голову. Покрепче, чем у волчиц со стайной иерархией. Может, просто ограничатся намеками на тему «помочь командиру»… А, пошло оно все.
Присел на колено перед Двойкой — вторую звали Тройкой, логично. Взял яйца в кулак — метафорически, сжал булки — уже буквально. Знаю я, как тут зарядка механических женщин происходит.
Выставил палец, вздохнул еще раз и мягко ткнул в бедро Двойке.
Ну сразу и свалился на землю, сжатые булки не помогли. В общем-то, ничего не может помочь, когда сквозь яйца и член вдруг прошибает разряд, наверно, в несколько киловольт. Ни малейшего понятия, как это работает, но таков процесс зарядки.
Потерпеть удар молнии в пах. Всего-то!
Ну и результат виден сразу. Визоры Двойки засветились, от нее послышался легкий гул, который практически сразу сошел на нет. Она немедленно встала — пожалуй, чуть более гибко, элегантно и женственно, чем гиноиды двигались раньше. Разумеется. Порча.
— Готова к работе… Командир, — сказала она, промурлыкав с придыханием.
Настроение у меня не испортилось — некуда уже, так что пробормотал через зубы:
— Одевайся пока. Хватит прохлаждаться.
Ну, видимо, мой внешний вид никаких там компаньонских подпрограмм у нее не дернул — я все еще на полу валялся, рука прикрывает пах, будто это что-то изменит, в тушке все еще болтаются все эти вторичные волны не самых приятных ощущений. Это как нервом в локте удариться. Только масштаб побольше, и место чувствительное.
Двойка молча отошла к своему баулу и стала одеваться. Я не следил — ничего интересного, плюс нужно подготовиться себя к пробуждению Тройки. Больше морально, чем физически. Делов-то — пальцем ткнуть, а вот… да.
Лучше б, не знаю, голод нападал. И то более логично было бы.
— Давай уже, ссыкун, — пробормотал я себе под нос.
И ткнул в бедро второго гиноида. Эффект тот же, разряд молнии в паху, который еще и наложился на остатки предыдущих ощущений. Будто грубая хватка за яйца, пока ссал электричеством. В этот раз не упал — потому как уже, блять, лежал на земле. Просто скрутился, зажимая пах обеими руками и проклиная вообще все на свете.
Роботов этих сраных, супермоделей серебристых. Марту, поймавшую стрелу. Себя, за то что вообще всю ситуацию до этого растянутого во времени момента довел. Разве что волчиц не ругал. Ушастые дуры тут вообще не причем, пинать за все случившееся стоит меня и меня одного.
А Тройка, тем временем, стояла надо мной, длинные серебристые ноги чуть раздвинуты и открывают сомнительный, но все-таки привлекательный вид. Дизайнеры поработали, хуле. И порча.
— Хорош стоять, — выдавил я. — Одевайся. Дальше к Астер.
Гиноид присоединилась к своей сестричке, я остался лежать. И подвывать маленько, да. Дал слабину. Еще и обезбол не помогает ровным счетом никак.
Тут в землянку завалилась сама Астер. Ушки на макушке, лицо напряженное, взгляд расширенных до предела зрачков ищет цель. Видать, меня услышала.
— В порядке, — пробормотал я. — Ща пройдет. Энергии жрут много.
Волчица с подозрением оглядела гиноидов. Эта парочка волчицам вообще с самого начала не понравилась, да и потом никаких причин изменить отношение не было. А Двойка с Тройкой спокойно продолжали одеваться, прямо сейчас приступили к броне.
Астер чуть склонила голову набок. Ушки-радары будто бы прощупывали все пространство землянки. Острый язычок мимолетом пробежал по тонким губам. Ротвейлер чего-то задумала.
— Стой, — практически гавкнула она, ткнула в сторону Двойки. — Отдай броню ему.
Не опять, а снова.
— Штука потерпит, — сказала она мне, голос куда как мягче. — Ты важнее. Холли сказала, что ты не хочешь отнимать у нас. Тогда возьми у машины.
Несмотря на прорывающиеся хрипы и рычания, говорила Астер уже вполне себе внятно. И, в общем-то, логичные вещи — машину… не так жаль. Страдать не будет, и сама не обидится. Тут я вынужден с волчицей согласиться, да и подано… Без попыток дворцового переворота.
— Корпус серебристый, будет на всю округу свет отражать, — криво усмехнулся я.
Остатки прошедшего через член разряда все еще чувствовались, но это можно и перетерпеть. Нечего тут валяться у ног собственной подчиненной, в конце-то концов!