То, что сказать нечего — еще не значит, что я молчал. Не, я бормотал без перерыва. Гарнитура должны была ловить мои «раз-два-три» и передавать в эфир, а там уже как получится. Лучше все-таки подавать сигнал, чем не подавать, так?
Заодно и пробормотал, чего хотел бы по возвращении увидеть. Голову огненной чародейки, напяленную на кол. За то, что огнем балуется. А телохранителей ее можно было бы обезоружить и отпустить на все четыре стороны, если сдадутся — особого смысла убивать-то и нет.
В «реальность» мы вывалились так же неожиданно, как и как вышли. Короткое мгновение падения — и вот уже в обычном лесу. Ночь, деревья, кусты. Птички какие-то возмущенно защебетали — а на «лесной тропе»-то стояла тишина, которую я только сейчас осознал. Воздух будто был стал полегче, да и в целом тут все выглядело привычно — незнакомо, ясен хрен, это ж кусок леса какой-то, но привычно.
— Интересно все-таки узнать, чего мои волчицы будут делать, — сказал я, едва осознав возвращение. Как бы невзначай.
Сказать-то сказал, а вот ответа не получил. Взамен я получил уткнувшееся в шею острие ножа, которое намекало, что лучше бы мне сейчас без сюрпризов обойтись.
— Думаю, это место подойдет! — лисица хлопнула в ладоши.
В ночи хлопок прозвучал как натуральный выстрел, и даже недовольный стрекот разбуженных птиц этому не помешал.
«Вы меня слышите? Прием» — пробормотал я. — «Раз-два-три, ответьте командиру, прием»
Нихрена. Даже намека на хреновую, зашумленную передачу нет, как нет и сраного щелчка. Что это значит? А то, скорее всего, что мы слишком далеко, и радио в гарнитуре этого расстояния не покрывает. Особенно в лесу. На всякие хитрожопые переотражения от ионосферы рассчитывать тоже не стоило, ага, железо не предназначено — теоретически-то может, но разве что случайно.
Ну… Я влип. Опять.
Однако, на этот раз я стою на своих ногах, в броне, при всем снаряжении, которое с меня никто снять не удосужился, под обезболом и стимулятором из категории «сдохни потом, сделай сейчас». Да это ведь прямо идеальные условия! Нужно только действовать решительно… И как-то избавиться от уткнувшегося в шею ножа, для начала.
А потом накатать жалобу производителю брони — воротник у бронекостюма в наличии, но приставить нож к горлу это, почему-то, не помешало.
— Так чем займемся? — спросил я, прикидывая, как бы дотянуться до гранат.
Лисица тут уже успела на траве расположиться. И покрывало нашлось, хрен пойми откуда, и даже грубая стеклянная бутылка с парой не менее грубых стаканов. Богато.
— Мы будем развлекаться! — она хлопнула в ладоши. — Тебе придется извиниться и признать, что я — лучше всех и красивее всех! И, может быть, я даже тебя награжу!
— Как вижу, твой хозяин не особо-то собственник, да? — вырвалось у меня. — Любит посмотреть?
Что случилось дальше? Ну, разумеется, в затылок прилетел злобный «Хрясь!». Кулаком, видимо — и жаль, что по броне хозяин лисицы бить не догадался.
С мозгами у меня туго, боль ликвидировала химия, но приличия ради я все-таки свалился на землю.
«Помощь бы не помешала» — пробормотал я.
И — чудо. Электроника чего-то поймала в эфире! Даже речь, даже различимую, пусть и пропущенную через кучу фильтров:
«Где ты?» — непонятно даже, кто именно это говорит, но здесь важнее сам факт.
«Без понятия» — пробормотал я, практически под нос. — «Лес. Попробую дать сигнал. Взрыв тоже сойдет»
«Принято. Жду».
Это точно были не девки из основного отряда. У них гиноиды, они направление сигнала вполне могли вычислить. Тогда… Таша? Она уходила из лагеря в поисках лекарств для Холли, она вполне могла сохранить достаточно мозгов, чтобы их не пришлось восстанавливать моим мельтешением перед глазами и постоянной болтовней.
Может быть. Разберемся. Сейчас надо дать сигнал.
— Что ты там бормочешь? — спросила лисица. — Почему мне кажется, будто ты с кем-то разговариваешь?
— Тебе показалось. Слух хуже, чем у моих девок, — усмехнулся я.
Думал, что еще раз прилетит — но нет, мужик просто стоял надо мною.
— Почему ты такой упорный? — лисица демонстративно вздохнула. — Почему ты так не хочешь, так боишься признать правду? В этом нет ничего страшного! Все очень просто — я лучше, я красивее, и нет ничего зазорного в том, чтобы это принять!
— Не привык врать.
Пусть руки связаны не так уж и сильно, но за спиной, а не на животе. Двигать более-менее мог, только хрена с два я так до гранат доберусь. Максимум, сумею выдернуть чеку и подорваться. Что в планы не входит — броня броней, а голову все равно осколками нафарширует, еще и фугасным действием… В общем, я не особо-то разбираюсь, но подрывать чего-то на теле — хреновая идея.