– А если они не согласятся?
Робкая надежда шевельнулась в моей душе.
– У них нет выбора, договор будет соблюдён.
– С завтрашнего дня тебя будут готовить к церемонии.
Рука Макса медленно потянулась ко мне, но я отдёрнула свою руку, не желая его прикосновений.
– Убирайся. Я не хочу тебя больше видеть, – сказала я и отвернулась от него.
Он ушёл, а я лежала, рыдая в подушку, а потом заснула, выбитая из сил.
Когда я проснулась, было светло. Утро, день, или ранний вечер, я не знала.
На небольшом столике возле моей кровати стоял металлический поднос полный еды и кувшин с каким-то напитком.
Есть хотелось неимоверно, желудок при виде еды заурчал, издавая жалобные звуки.
Я опасалась, что меня опять чем-нибудь опоят, но выбора всё равно не было. Да и зачем им теперь. Подумав так, я принялась за еду.
А затем пошла в ванну, горячая вода текла откуда-то из-под высокого потолка в каменную чашу. Я долго мыла волосы и тело странной пенящейся массой без запаха. Надеюсь, что это мыло, а не какое-нибудь средство для чистки зубов.
Я переоделась в обнаруженное в комнате платье и села у зеркала расчесывая свои длинные волосы. Я так и сидела, всё ещё перебирая пряди, когда в комнату вошла пожилая женщина.
– Меня зовут Яра. – Представилась она, проходя в комнату. – И я расскажу тебе о том, что тебя ждёт. Женщина встала позади меня, взяла из моих рук расчёску и принялась сама расчесывать мои волосы.
– Наш клан, – сказала она, – навлек на себя беду, ещё тогда, когда твоя бабушка сбежала из нашего мира.
– У неё был долг перед кланом, перед женихом и перед отцом, но она выбрала любовь, как какая-то простолюдинка.
– Нисколько её не осуждаю, – я вскинула подбородок, мой прямой взгляд встретился в отражении зеркала с неодобрительным взглядом Яры.
– Такая же непокорная, как твоя бабка?– спросила Яра. – А ведь я помню ее, – она задумчиво смотрела на моё отражение, – вы похожи. Те же глаза, те же тёмные волосы… а твоя мать. Какой была она?
– Зачем вы спрашиваете? Почему-то мне не хотелось отвечать на её вопросы. – Так что меня ждёт?
Женщина пожала плечами, – Скорее всего убьют. Хотя с другой стороны… Жена их вождя уже умерла и, возможно, тебя просто отдадут за кого-то замуж.
Я удивлённо посмотрела на неё и она пояснила. – Жизнь за жизнь. А жизнь можно отдать многими способами.
От этих слов я немного расслабилась
– Когда меня отдадут?
– Через 2 дня, отсыпайся, ешь, возможно, если ты будешь хорошо выглядеть, им станет жаль убивать такую красивую самочку. Ты умеешь оборачиваться?
Я отрицательно мотнула головой. – Понятия не имею, как это делать.
– Жаль, это было бы большим плюсом для тебя.
Когда расчёсывание моих волос было закончено, женщина принялась рассказывать мне об укладе оборотней этого мира. Я слушала внимательно.
Два дня пролетели быстро. Меня разбудили ранним утром и отвели в купальни. В еду явно что-то подсыпали, потому что чувствовала я себя очень спокойной. Чересчур спокойной для происходящего. Три девушки мыли меня, натирали моё тело каким-то маслом, я, как кукла, послушно позволяла им делать всё это со мной. Мои волосы высушили и заплели в сложные косы, украсив драгоценными камнями. Одели на меня красивое платье, белое, длинное и с очень глубоким вырезом. Оно одевалось как халат и держалось только на крупной броши на моей талии.
– Она готова.
Вождь лично вел меня за руку по коридорам дворца. Мы шли наружу. На огромную поляну, примыкающую к лесу за замком. Там были установлены столы, все украшено и играла музыка.
Я шла, смотря прямо перед собой, чувствуя, как медленно исчезает действие успокоительного. Я не ела уже сутки. Делала вид, что ем, а сама все выкидывала при случае. Мне не хотелось идти на заклание, как безропотное животное, не понимающее своей участи. Даже если это мой последний день и меня убьют, я хочу прожить свой последний день самой собой.
Праздник давно начался, мое появление было скорее серединой этой церемонии. Мы шли и все вокруг переставали есть и пить. Вставали, склоняя головы, и прижимая сжатую в кулак руку к груди. Отдавая, видимо, дань почтения вождю. Ну или моей жертве. Я не знала.
– Дева моей крови, как и было обещано, – сказал вождь громко, когда из толпы навстречу нам вышло несколько оборотней в белых одеяниях.
Глава 6
– Это не твоя дочь, – сказал высокий беловолосый мужчина, делая шаг вперед.
– Это дочь, дочери моей сестры. В ней моя кровь и я отдаю ее вам. Как гласит договор.
Беловолосый нахмурился, а я почувствовала надежду на то, что они откажутся меня брать.