Медленно отодвигая собравшихся у круга братьев и сестёр, она пробралась ближе к кругу, остановившись, оказавшись в первом ряду. Слегка прикусив губу, она наблюдала, как блондин внимательно разглядывал девушек, хмыкая, подходил то к одной, то к другой, окидывая каждую оценивающим взглядом. Как он, сложив руки на груди, слегка жмурился, хмурясь и снова хмыкая. Каждый жест, каждый взгляд явно давал понять, что ни одна из девушек ему не по душе. Этот мужчина лет тридцати, что, казалось, мог заинтересовать своей внешностью любую особу женского пола. И вот, прислонив указательный палец к губам, еще раз хмыкнул: «Что же», — процедил он, остановившись взглядом на девушке, что стояла самой крайней с левой стороны. Худенькая, светлокожая, ростом чуть больше полуметра, она старалась не поднимать карих глаз на колдуна, что, приблизившись к ней, полный решимости забрать её с собой, протянул руку, коснувшись кончиками пальцев почти черных волос, спадающих вниз и прикрывающих лицо. — «Я забираю эту!» — проговорил он немного недовольным голосом, словно не особо был доволен своим выбором. От чего девушка качнулась слегка, дрогнув, подняла на мужчину глаза, что наполнялись слезами, казалось, умоляя не забирать её. Её губы слегка шевелились, словно шептали слово «НЕТ», а тело покрывалось нервной судорогой, что сильнее привлекало внимание колдуна, который, приподняв левый уголок рта, растянув на лице улыбку, качнул головой, давая понять, что он не изменит своего решения.
И как же грустно было на это смотреть. И как же жаль было и ту девушку, что, упав на колени перед колдуном, умоляла его изменить своё решение. И то, как колдун, сильнее улыбаясь, словно получая наслаждение от вида её слез, схватил девушку за руку и, подняв с земли, подтянул к себе, заставляя идти с ним. И то, как, стиснув зубы от злости, сжимая кулаки, сдерживаемый своими друзьями, стоял жених той девушки. «Идем, крошка!» — тянул за собой девушку колдун.
— «Постой!» — прозвучал громкий женский голос из толпы. — «Колдун, постой! Забери другую!» — И тогда, обернувшись, колдун увидел её. Женщина сделала шаг вперёд, показавшись из толпы, полностью закрытая звериной шкурой. — «Оставь её! Выбери другую!» — Словно набравшись храбрости, она пересекла круг, остановившись в паре метров от колдуна.
— «Тебе запрещено здесь появляться!» — гневно проговорил Мурок, резко поднявшись на ноги. Давая понять всем своим видом, что не желает видеть на месте сборища эту волчицу. — «Уходи!» — На что старейшины так же закачали головой. — «Уходи отсюда! Колдун, забирай ту, что выбрал, и убирайся из наших лесов!» И хоть тембр голоса вожака и был суров, но бегающие глаза, наполненные некоей суетой и тревогой, выдавали те чувства, что разрывали его в этот момент.
— «О как!» — блондин поднял бровь и, отпустив руку темноволосой девушки, подошел ближе к женщине в звериной шкуре. Медленно протянув руку вперед, колдун скинул с женщины капюшон, обнажив её лицо, наполняясь удивлением, смешанным с некоторого рода восхищением. — «Уффф!» — выдохнул он, разглядывая вычерченные черты лица этой красивой лет сорока на вид женщины, совершенно забыв про молоденькую девушку, что выбрал. — «Не уходи!» — остановил он её, поймав за руку, поняв, что та, собравшись выполнить волю вожака, отвернулась, чтобы уйти.
Женщина медленно подняла глаза на вожака стаи, убрав с лица спадающие локоны седых волос, доходящих чуть ниже плеч. И лишь когда Мурок махнул рукой, дав разрешение ей говорить, и опустился на пень, повернулась к колдуну.
— «Выбери другую!» — повторила она чуть тише, но, казалось, мужчина не слушал её слов, словно попав под магическую власть её разноцветных глаз. Казалось, он забыл, как улыбаться, отчего его лицо сводило судорогой. — «Ну какая разница, какой из красавиц ты заберёшь душу?» — снова заговорила она, но он продолжал следить за её жестами, за тем, как шевелятся её пухлые губы, очерченные ярко выраженной дугой, как, прищуриваясь, она водит чуть заметно курносым носиком. И эти глаза. Сияющие один голубым, другой зелёным цветами, дарили манящий блеск, искрились, кажется, играли с ним, манили, увлекали. Ярко выраженные скулы, которые подчеркивали распущенные седые волосы. Всё в её внешности, казалось, привлекало его, заставляло млеть от каждого взгляда, от каждой невзначай поселяющейся на лице на долю секунды улыбки. Её темные изогнутые тонкой дугой брови, длинную тонкую шею.