— Тогда решили ловить шпионов-супостатов на живца, — подал голос частный детектив, он уже ухватил суть рассказа.
— Да, — кивнул Владимир Христофоров. — Решили выманивать на блестящую блесну. Сперва устроили информационную шумиху о чудо-корабле. Потом организовали героический переход с Балтики на Черное море, сюда, в Новоморск.
— Поэтому и командир «Забияки» Сергей Андреевич пьет как последний алкаш и выбалтывает все самые сокровенные секреты, — закончил мысль чекиста Кольцов.
— Вот именно, — подтвердил внезапно проснувшийся Масягин.
— И кто же клюнул за то время, что «Забияка» стоит в порту?
— Вот только Глеб и попался, — задумчиво произнес чекист. Он обвел взглядом помещение. — Тут я и подумал: случайностью это вряд ли может быть. Значит, он что-то ищет. А когда в гостиничном номере увидел тебя, понял, это судьба. Поэтому и предложил тебе обменяться информацией, возможно, такой «гешефт» пойдет всем на пользу. Поэтому я хочу знать — тем более после того, как все поведал, я имею на это право, — что ты расследуешь и что уже обнаружил.
— Одну минуту, — перебил его Кольцов. — Мне бы поближе познакомиться с портретом погибшего. Может, что-то проскользнет в досье славного чекиста.
— Это можно устроить, — спокойно произнес Христофоров. Он поднялся из-за стола и вышел из кают-компании.
Частный детектив не успел даже осмыслить происходящее, когда вернулся подполковник (кап-два) с плоским чемоданчиком. Разложив компьютер на столе, он быстро включил его, вошел в нужный файл.
— Изучай послужной список и заодно колись, так сократим уйму времени.
— Давай, все-таки чекисты мне роднее, — согласился Кольцов, разворачивая к себе ноутбук.
На экране в левом углу была фотография мужчины в генеральском мундире, текст гласил: «Егоров Николай Ильич, родился в 1945 г. в городе Калуга. Окончил десятилетку, в 1963 году поступил в Московскую школу КГБ. В 1968 году направлен для прохождения службы в ПГУ КГБ, до 1980 года работал в отделе Среднего Востока (Афганистан, Иран, Ирак), трижды выезжал в заграничные командировки, за операцию «Шторм-333» был награжден орденом Красной Звезды. После ранения перевод во Второе Главное управление, в отдел подготовки спецрезерва КГБ, группа «Д» (руководитель полковник Георгиев С.В.). В 1983 году вместе с Георгиевым переведен в Девятое Главное управление, отдел «Конус» при ЦК КПСС. В 1989 году после ликвидации отдела курировал разнопартийные политические течения, рвущиеся к власти. Лично был знаком со многими лидерами демократических партий, что позволило избежать в 1991 году после путча ГКЧП увольнения из КГБ. Признал власть демократии, был произведен в генерал-майоры и назначен начальником Управления Причерноморского края. В 1993 году публично поддержал власть президента, впоследствии был произведен в генерал-лейтенанты».
Дальше шел список наград и поощрений. Глеб обратил внимание, что основная масса награждений, премий и представлений приходилась на время службы в отделе «Конус». С одной стороны, понятно, ведь служил возле Кремлевского Олимпа. Как говорится, кто ближе к кухне, тот и первый за столом. Но слишком уж часто награждали, такое даже для Олимпа несвойственно.
— Что это за «Конус»? — не удержался он от вопроса.
Христофоров жестом руки остановил его.
— Самое веселое, что по этому «Конусу» никаких документов не осталось. Удалось установить, что служило в нем семь старших офицеров, которые подчинялись лично Андропову. Отдел создали, когда Юрий Владимирович стал Генеральным секретарем. Возглавлял отдел Георгиев, а заместителем был Егоров, кто остальные пять, чем занимался отдел и кому подчинялся после смерти Андропова, так установить и не удалось. Если бы не заметка в личном деле покойного Егорова, про «Конус» никогда и не узнали бы.