Глава 2
Мужчина покорно сомкнул веки и моментально заснул, а я убрала аптечку на место, кинула полотенце в стирку и, вернувшись в комнату, растерянно посмотрела на спящего.
Великан вольготно раскинулся на хозяйском ложе и занял его добрую половину. Это он, конечно, молодец, сон, как известно, лучший доктор, но что делать мне? Спать на коврике? Или на стуле?
Оставить незнакомого человека одного в Людкиной спальне я не могла, значит, придется как-то ютиться на одной кровати. Не скажу, что эта мысль меня сильно радовала, но ночёвку на жёстком полу спина мне не простит, поэтому, предусмотрительно облачившись в закрытую пижаму, я примостилась на краешек постели и укрылась махровой простыней.
Поначалу лежала и нервничала, прислушивалась к глубокому ровному дыханию мужчины и боялась каждого шороха с его стороны, но он просто спал, причем очень глубоко, и я постепенно расслабилась и тоже задремала.
Ночевать с мужчиной в одной постели мне уже приходилось, правда при совершенно других обстоятельствах, потому и сравнивать тут нечего.
И где сейчас мой бывший Герка? Чем, интересно, занимается, как живёт?
В затуманенном дремотой мозгу всплыло улыбающееся лицо Геры. Его губы сложились в высокомерную ухмылку, а ехидный голос надменно произнес: - Можно подумать, ты не отслеживаешь мою страничку в соцсетях и не знаешь, что у меня уже новая девушка и отличная работа.
Я вздохнула и повернулась со спины на бок.
Знаю, так часто бывает, судьба разводит, расходятся дороги. Пока учились в одном институте - встречались и были вполне счастливы. Любовь-морковь, вздохи под луной и даже робкие планы на совместное будущее.
Но Гера прошлым летом обзавелся дипломом и сразу поехал покорять Москву, а я осталась доучиваться в родном уральском городе еще на год и лелеять мечты о совместном быте с любимым.
Быта не случилось, зато случилось у Геры новое большое и светлое чувство в разлучнице Москве.
Хорошо не сразу, а спустя четыре месяца после его отъезда. Я хоть и страдала, но к мысли о его отсутствии в своей жизни худо-бедно привыкла, и новость восприняла почти философски, что не мешало мне каждую неделю посещать его страничку и с придирчивостью маньяка рассматривать свежие фотографии. С большим удовольствием я отмечала, что новая пассия и хозяйка не ахти, судя по разбросанным вещам, пыли на полках и заляпанному зеркалу, и стряпуха так себе - вечно на столе то роллы, то еда из китайских коробочек.
У меня Гера каждый день ел полезный диетический суп, тушёную картошку, котлетки и прочую привычную с детства еду. Готовить меня мама научила.
Сама не заметила, как забыла про сон и погрузилась в воспоминания о нашей с Герой счастливой жизни. Правда, бывшей, но все же…
Долго я перебирала в уме как правильнее было бы поступить в ситуации с расставанием. Наплевать на диплом и поехать вслед за любимым? Не самый умный поступок, а я хоть и не претендовала на звание умницы-разумницы, но понимала всю патовость такого решения.
Переводиться в столичный вуз? Ну… возможно. Только в этом случае я лишилась бы поддержки семьи, ибо такой перформанс моя вспыльчивая мама явно не одобрила бы. В некоторых вопросах она проявляла небывалую упертость и на втором месте было как раз образование. А на первом - страх всем мам дочерей - незапланированная беременность без мужа.
Я опять вздохнула и перевернулась на другой бок. В темноте слабо угадывались очертания плеча и согнутой в локте руки моего найденыша. Повинуясь мимолётному порыву, осторожно дотронулась ладонью до мужского предплечья.
Горячий какой. У ихтиандра явно температура. Ему бы жаропонижающего выпить, но он так крепко спит, жалко будить. Ладно уж, пусть отсыпается, а утром видно будет. В аптеку бегать мне не привыкать.
Ночью я просыпалась ещё пару раз.
В первом случае меня разбудил стон с "мужской" половины, и я, чуть не рухнув на пол от страха, подскочила, щёлкнула кнопку на шнуре прикроватной лампы и осторожно подвинулась к раненому.
Вид у него, честно сказать, был неважный. Мужчина тяжело дышал и ворочался, словно видел во сне что-то крайне неприятное, или же испытывал нешуточные мучения. Темные волосы слиплись от солёной воды и беспорядочно торчали в разные стороны, мышцы тела то напрягались, то расслаблялись, отчего тело найденыша слабо подергивалось.
- Тсс.. - я положила на лоб больному предусмотрительно приготовленную влажную тряпочку, а другой такой же легко и аккуратно промокнула щеки, подбородок, шею, заросшую темной щетиной, и верхнюю часть грудной клетки.
Мужчина крупно дернулся, напугав меня, когда тряпка коснулась области над ключицей. Пальцами другой руки я похлопала великана по плечу, напевая мотив глупой колыбельной песни, и мой подопечный сразу успокоился. Правда перед этим потянулся лицом к руке, будто хотел коснуться носом и несколько раз шумно втянул ноздрями воздух, после чего болезненно поморщился и затих.
Успокоив мужчину и собственное сердце, я выключила свет и попыталась опять заснуть.
Получилось не сразу, но я упорная и, получается, стрессоустойчивая, раз после всего произошедшего смогла-таки себя уговорить поспать.
Но вечер воспоминаний всё-таки не прошел даром, и в ярком цветном сне мне привиделся Гера. Да как привиделся! Наглец воспользовался моим годовым воздержанием и отсутствием физических конкурентов, и с места рванул в карьер.
За год, что мы провели в разлуке, Гера отточил технику и так продвинулся в мастерстве соблазнения, что я уже через минуту растеклась талым мороженым под грубоватым, но таким сладким натиском.
- Ах.. - горячие пальцы скользнули под резинку пижамных штанов, бесстыжие требовательные губы перекрыли кислород и отсекли любую возможность протестовать.
Но протестовать я и не собиралась. Такой сон дорогого стоит и прерывать его - кощунство.
Нега захватила тело, омывая волнами тягучей патоки, и, казалось, конца и края не будет этому блаженству, но громкий треск ткани и боль от врезавшегося в шею ворота пижамы швырнули в лицо мрачную действительность.
Это не сон. И мощное тело, нависшее и придавившее сверху не принадлежит Гере.