— Вот видишь? — заговорила первая блондинка почти шёпотом. — Он поступил с тобой, как со всеми.
— А знаешь, почему? — рассмеялась вторая. — Потому что ты его не знаешь. Волк никогда не танцует. Если бы знала, не стала бы его приглашать. Сама виновата. Врушка!
Брюнетка нахмурилась, налила себе вина из бутылки и выпила его залпом. Потом ещё один. Через пять минут она уже была пьяна.
«Как он посмел? Так с ней поступить? Да он…»
Девушка подняла глаза и, заметив встревоженный взгляд Игоря, не выдержав, показала язык, чем только рассмешила его. Схватив вторую бутылку, она зубами вытащила пробку и налила себе ещё в бокал. Подняв взгляд на подруг, уже хотела сказать им, какие они стервы, но не успела — рядом послышалось:
— Пошли?
Она резко обернулась и, увидев Алана, стоявшего прямо перед ней, чуть не расплескала вино. Ловко перехватив бокал, он аккуратно поставил его на стол и спокойно повторил:
— Пошли!
Девушка встала, не веря в происходящее, но, увидев вылупленные от удивления глаза подруг, выпрямилась и, мило улыбнувшись, подала ему свою руку.
— Конечно… милый.
Алан чуть не расхохотался, это выглядело так театрально, как в тех фильмах о любви, которые он смотрел в детстве. Но, сдержавшись, он повёл «актрису» в середину зала. Народ на их пути расступался, с изумлением глядя на кроникса.
— Попроси включить что-то медленное, — наклонился Алан к стоящему рядом пареньку, и тот радостно бросился исполнять его просьбу.
Алан и правда никогда и ни с кем не танцевал в последние годы. Но так было не всегда, а лишь после того, как он вступил в должность кроникса. До этого он развлекался как мог и не пропускал ни одной красивой девушки.
Зазвучала медленная музыка, и, приобняв «актрису», он осторожно повёл танец. Наконец-то он мог рассмотреть её лицо. Она была красива. Тонкие черты лица, большие голубые глаза и чувственные губы. Природа знатно постаралась, создавая её, и не пожалела ни красок, ни форм. Но самым приятным был её запах. Она не пользовалась дешёвыми духами, как большинство девушек, пришедших сюда, а от неё пахло лесом и травами. Алан сам не заметил, как прижался ближе только для того, чтобы более явно почувствовать этот аромат.
Девушка тоже внимательно рассматривала его, не отводя взгляда и даже не пытаясь скрыть своё любопытство. В ней не было ни капли жеманности или притворства, и она не предлагала себя ему, а как бы говорила всем своим видом, что они равны и ей плевать, кто тут кроникс. Это было забавно и непривычно. Да и вообще, он едва ли понимал свои поступки сегодня.
Сначала он разозлился, когда его облили водой, но спустя пару минут уже смеялся, наблюдая, как она задорно передразнивает Тина. И сейчас… Прерывать его разговор с бригадирами не решился бы даже Игорь, а эта девчонка просто подошла и спокойно выпалила: «Пошли». Вспомнив выражение лица Сергея, Алан едва удержался от смеха. Она не просто нарушала правила — она с лёгкостью сносила все преграды. Конечно, он понимал, что такое поведение вряд ли приведёт к чему-то хорошему, но пока она забавляла его.
— Ты поспорила с подругами, что будешь со мной танцевать? — нарушил он молчание.
— Откуда ты знаешь? — её глаза расширились от удивления.
— Я видел, как вы переговаривались, — улыбнулся Алан. В детстве он с друзьями баловался чтением слов по губам, и хотя не стал в этом мастером, слово «врушка» прочёл очень чётко. — Так что ты им наврала?
— Я не врала. Просто сказала, что знаю тебя и… что вылила на тебя воду.
— И всё? — Эта девушка всегда поднимала ему настроение, и сейчас он с удовольствием играл с ней, как кот с мышкой.
— А ты помнишь, что сказал мне тогда? В нашу первую встречу?
Алан судорожно попытался вспомнить, не давал ли он ей каких-нибудь обещаний, но, так и не вспомнив, непонимающе уставился на нее.
— Ну, там, когда мы расстались около дома… Ты крикнул, что если будут неприятности, я могу назвать твоё имя, и ты вступишься.
Алан смутно припомнил что-то подобное и кивнул.
— Так вот, — она поманила его пальцем ближе и, дождавшись, пока он наклонится, прошептала, словно боялась, что их услышат сквозь музыку, — когда ко мне кто-нибудь пристаёт, я называю твоё имя, и они сразу отстают, — добавила она с заговорщицкой улыбкой.
Алан даже остановился, а потом расхохотался так, что ближайшие пары обернулись в их сторону. Взяв себя в руки, он снова приобнял ее и, наклонившись, так же шепотом спросил:
— И многие пристают?