Боль была невыносимой. Каждая клеточка, каждый нерв кричали от боли, но Никки продолжала, и кожа медленно начала срастаться, восстанавливаясь под действием целительных способностей. Рана затягивалась на глазах, оставляя лишь тонкий шрам, который вскоре тоже исчез.
Дыхание Никки стало более ровным, и свет вокруг её тела начал угасать. Когда последний кусочек кожи восстановился, она подняла голову. Её глаза поблескивали зелёным светом, а на губах играла улыбка.
Алан, словно загипнотизированный, смотрел на неё, не в силах отвести взгляда. Его отчаяние сменилось радостью, и он бросился к Никки. Но в этот момент прямо над их головами появились два летающих военных кефрина. Они зависли над крышей, не торопясь снижаться. А затем на полквартала разнёсся грубый мужской голос:
— Положите оружие и отойдите от девушки в другой конец крыши!
Никки, будто и не была ранена, поднялась на ноги и, задрав голову, внимательно рассматривала кефрины. Её длинные волосы развевались на ветру, лицо было спокойным, а в глазах блестели азарт и ярость. Вениамин Сергеевич, стоявший рядом, с ужасом наблюдал за происходящим, прекрасно понимая, что никакое укрытие не спасёт их.
Военные начали снижаться, готовясь к атаке. Их мощные двигатели ревели, рассекая воздух, а оружие было направлено на небольшую группу людей, укрывшихся на крыше. Никки, не раздумывая, подняла руку. Её ладонь вспыхнула ярким золотистым светом, наполняя пространство необъяснимой силой.
Звуки выстрелов слились с криками ужаса. Кефрины, словно картонные игрушки, взрывались один за другим, не в силах противостоять её мощи. Огромные огненные шары вспыхивали в небе, разбрасывая металлические обломки во все стороны. Никки стояла неподвижно, направляя свою силу, словно опытный дирижёр, управляющий оркестром. Её энергия поглощала врагов, превращая их в пыль и дым. Алан с ужасом и восхищением наблюдал за ней, понимая, что перед ним истинное воплощение силы.
Обломки пылающих кефринов падали на землю. Никки медленно опустила руку, её глаза перестали светиться.
— Ты спасла нас, — прошептал Вениамин Сергеевич. — Это невероятно!
— Они не успокоятся, — вздохнула она.
И будто в подтверждение её слов, в воздухе раздался гул летящих ракет. Верхние этажи зданий напротив разлетелись на кусочки, словно игрушечные кубики.
— Они решили уничтожить Никки?! — воскликнул Алан.
— Сомневаюсь, — покачал головой Вениамин Сергеевич. — Эти ракеты обладают высокой точностью, и если бы они действительно хотели её уничтожить, нас бы уже не было в живых. Вероятно, это предупреждение. Нужно уходить. Если они поймут, что проигрывают, то попытаются устранить её. Она даёт нам слишком большое преимущество.
— Не нужно никуда идти, — решительно заявила Никки. — Я попробую.
— Что попробуешь? — удивился Вениамин Сергеевич.
— Купол. Мой отец не мог его создать — не хватало энергии. В мире, откуда он родом, женщины обладают большей силой. Я попытаюсь создать купол, и тогда исход битвы будет определён. Но я не уверена, что смогу.
Подойдя к краю крыши, она взглянула на раскинувшийся внизу город. Ветер нежно играл с её волосами, словно нашептывая мудрость предков. Закрыв глаза, Никки ощутила, как волны силы начали пульсировать внутри неё, наполняя каждую клеточку существа. Это чувство было подобно хаосу и покою, гармонично переплетающимся в душе. В ней пробуждалось нечто древнее, могущественное и неизведанное. Сначала появился страх — страх перед тем, что она не сможет контролировать этот источник энергии и он может разрушить всё вокруг. Но затем страх сменился чувством восторга и восхищения.
Её сила была одновременно и благословением, и проклятием. Никки чувствовала, как она пронизывает насквозь, подобно электрическому разряду, поднимающемуся от кончиков пальцев до макушки. Она могла ощущать каждую частичку мира вокруг себя — деревья, камни, воду и даже воздух. Всё это было ей подвластно.
Никки знала, что сила может нести как созидание, так и разрушение. Такой дар был подобен острию меча, и важно было научиться владеть им, чтобы не причинить вред ни себе, ни другим. В душе горело яркое пламя желания использовать эту силу во благо, защитить тех, кто дорог, и сохранить равновесие в мире.