— Лучше пусть расскажет, как никто не узнал, что она тиасорс, — сквозь зубы процедил он.
— Кстати да, — поддержал его Тимур.
Никки посмотрела на Алана, будто спрашивала у него разрешения.
— Они всё равно уже знают, кто ты. Рассказывай, мне тоже любопытно. Ты моя шкатулка с сюрпризом.
— Да всё просто, — пожала Никки плечами, протягивая пустую рюмку Тимуру. Он налил ей ещё и остальным тоже. Выпив, Никки начала рассказ.
— В вашем районе мы появились, когда мне было двенадцать. Жили так, чтобы не привлекать к себе внимания, и я почти не пользовалась способностью. Редко лечила лишь родных, да когда подрабатывала в больнице, незаметно помогала людям, но так, чтобы они даже не заподозрили. Ну и вот мне двадцать… — она пожала плечами. — И теперь вы знаете, кто я.
— Ты так спокойно об этом рассказываешь, — не выдержал Алан. — Ты же знаешь, чем это грозит?
— А ты думаешь, бабушка просто так на тебя ворчала? Как видишь, она оказалась права. Но я же не могла дать тебе умереть, — она нахмурилась.
— А где вы жили до нашего района? — наконец заговорил Игорь.
— Да какая разница? — Никки почти не пила и уже начала пьянеть.
— Нет, девочка, разница есть, — Тимур сидел, оперевшись локтем на стол и подперев подбородок ладонью. — Тебе нужна защита, и мы должны знать правду.
— Защита? — лицо Никки стало грустным. — Даже если вы и захотите, то не сможете защитить меня.
— Ну уж нет! — воскликнул Алан. — Свою будущую жену я смогу защитить.
— Жену? — Тимур смотрел на него изумлённо. Игорь только нахмурился, уставившись в тарелку.
— Я ей обещал, что если она меня вылечит, то женюсь. Правда, я тогда не знал, что она тиасорс.
— Хорошая жена, — одобрительно кивнул Тимур. — Поздравляю, босс, наконец ты решился, — добавил он, ехидно улыбаясь.
— Боюсь, защитить вы меня не сможете, — Никки смотрела на него серьёзно и с грустью. — Но я бы не задумываясь повторила всё, лишь бы тебя спасти.
Алан понимал, что, скорее всего, она права, и начинал злиться.
— А это мы ещё посмотрим!
— Тогда слушай, — на этот раз казалось, что Никки рассказывает лишь ему. Она выпрямилась и смотрела на Алана не отрываясь.
— Моя мать и отец имели сильные способности, и я родилась в Анольсиоре. Вы все знаете ту огромную башню? Центр научных экспериментов. Так вот, я родилась прямо там. И сразу попала в руки профессора Загренова. Он уже ставил опыты над моим отцом и матерью, но моего рождения ждал с нетерпением. С самого детства я познала эту боль.
Моя мать была очень сильным тиасорсом, но я, впитав силу матери и отца, была ещё сильнее. Мы вынуждены были жить в башне, профессор не выпускал отца с матерью никуда, боясь, что нас или похитят, или мы сбежим сами. Только бабушка жила отдельно, её способности были слишком незначительны, чтобы ими заинтересовались, но благодаря нам её не высылали в кварталы, позволив остаться. Иногда меня отпускали к ней на выходные, но маму с отцом — никогда.
Загренов пытался найти формулу, которая даст такую же силу всем остальным, но в итоге просто убил моего отца. Для него самого это было трагедией. Я до сих пор не знаю, что за способности были у отца, мне не рассказывали. Но, как я поняла, он был очень ценен. После этой трагедии с нами стали обращаться мягче, видимо, боясь повторения. Но мама до конца жизни так и не отошла от его смерти.
Когда мне исполнилось двенадцать, она решила бежать. В башне были люди, которые сочувствовали ей и помогли. Захватив бабушку, мы сначала сбежали в Реус и даже прожили там некоторое время. Но нас искали, а когда нашли, мама просто убила их всех, и мы бежали дальше. Нам даже пришлось скрываться среди бездомных и в канализации.
Решив вообще уехать в другую область, где нас никто не знает, мы сели на автобус, чтобы переехать в Волчью яму, а потом через лес уйти дальше. Но судьба была к нам благосклонна, и водитель, не справившись с управлением, опрокинул автобус с моста прямо в реку. Выжить нам помогли способности, но остальные погибли. Искать нас не перестали, но поиски были уже не такие активные.
Мы пару раз видели ищеек, но потом они исчезли. Правда, наши лица появились в объявлениях, и мама стригла меня под мальчика, а сама красила волосы. Но, видимо, решив, что мы тогда утонули, поиски через некоторое время прекратили. А потом мама умерла, — она опустила голову.
Тимур тут же подсунул ей полную рюмку, и Никки благодарно кивнула.
— Ну, собственно, всё. Мы стали жить спокойно. Скрывая свои способности, старались никого не пускать домой и не заводить ни с кем дружбы. На меня косились и прозвали во дворе ненормальной. — И вот теперь появился ты… — Она подняла глаза на Алана, будто ища одобрения.