— И что это такое? — подозрительно всматриваясь в экран, ворчливо произнесла старуха.
— Никки! — Антон заулыбался, тыкая вперед пальцем.
— Ах ты глянь, и правда наша негодница. Убежала вчера и ни слуху ни духу. Это всё ты на неё так плохо влияешь! — набросилась она на Алана.
— Бабушка, — попыталась её перебить Никки, — он тут ни при чём.
Но Светлана Леонидовна не обращала на неё внимания.
— А тут слухи ходили, что ты помер, — продолжала она, внимательно разглядывая Алана. — А ты вот целёхонек стоишь.
— Жив я, баб… Светлана Леонидовна, жив. Плохо вчера было, но уже вылечили.
— Вылечили? — глаза старухи сразу стали жёсткими, и она зло уставилась на внучку.
Та, поджав губы, опустила глаза и кивнула.
— Да как ты смела?! — старуха открыла рот от возмущения и готова была испепелить внучку взглядом.
— Я люблю его, бабушка.
— Любит она. А как же мы? Ты же всех нас подвела. Что теперь будет? — Светлана Леонидовна обняла Антона и прижала его ближе, будто пытаясь защитить. — Я всегда знала, что ты бестолковая. Как мать прям. И что теперь делать? Он поиграется, — она зло посмотрела на Алана, — да забудет.
— Бабушка…
— Мы поженимся в ближайшее время, — перебил их Алан. Он не отрываясь смотрел на Светлану Леонидовну и заметил, что она растерялась, но быстро взяла себя в руки и вполне предсказуемо накинулась на внучку.
— Это шутки? Ты не можешь! Ты же знаешь!
— А что толку? — Никки разозлилась. — Ты мне предлагаешь всю жизнь прожить одной? Тем более он уже знает нашу тайну.
— Эх, девочка, девочка, — Светлана Леонидовна внезапно опустила голову и будто постарела лет на десять. — Если бы не твой отец, твоя мать, скорее всего, жила бы спокойно. Но ты идёшь по её дорожке. И о брате не подумала, — она махнула рукой и, развернувшись, ушла в другую комнату.
— Бабушка, бабушка… — пыталась её вернуть Никки, но бесполезно. — Мне нужно съездить к ним, — она смотрела на Алана растерянно.
— Нельзя. Потерпи пару дней. Мы уедем, а ребята будут следить, что происходит. Пойми, сейчас ни тебе, ни мне лучше не показываться в квартале. Это прежде всего их безопасность, — попытался успокоить он её.
— Но…
— Всё, пошли. За ними проследит Игорь и, если что-то понадобится, поможет.
Игорь лишь горько усмехнулся и выключил экран с той стороны.
— Но у меня даже вещей нет, — не сдавалась Никки.
— Всё купим там, — махнул рукой Алан.
Через полчаса его автомобиль осторожно развернулся на небольшой стоянке перед домом. Никки впервые ехала в эту сторону и с интересом глядела в окно, но вдоль дороги тянулись всё те же поля. Некоторые были засеяны пшеницей и кукурузой, другие заросли травой. Всё так же, как у границ квартала.
— Интересно, а другие агломерации сильно отличаются от нашей? — задумчиво спросила она.
— Отличаются, но не сильно. Зависит от того, насколько местность пострадала во время войны. Есть земли, полностью отравленные оружием или просто непригодные для жизни. Агломерации отстраивали на лучших землях, чтобы люди не испытывали нужды долгие годы.
— А агломерации, в которых нет разделения людей?
Алан усмехнулся.
— Они не самые богатые. Я встречал людей оттуда. У них своё восприятие мира.
— Я бы хотела жить в мире, где нет разделений, — лицо Никки стало грустным. — Представь, что если бы мы не переехали в твой район, то никогда бы не встретились.
— Встретились бы, — рассмеялся Алан.
Впереди показалось огромное озеро. Одно из тех водоёмов, которые возникли после климатических ударов. Собственно, и сами источники забили из-под земли как раз после седьмого раскола, а теперь стали довольно популярным местом. Озеро было настолько прозрачным, что с непривычки его ярко-голубой цвет поражал воображение. После унылых пейзажей оно выглядело невероятным.
Алан покосился на Никки. Её губы были слегка приоткрыты, а в глазах застыл восторг.
— Как же это красиво, — наконец выдохнула она.
— Если хочешь, мы будем часто сюда приезжать.
Она закивала головой, боясь выпустить синюю гладь воды из вида. Через несколько минут они свернули немного левее в красивую рощу. Проехав небольшие ворота и сразу оплатив пребывание за два дня, Алан припарковал автомобиль у небольшого домика типа бунгало и, выйдя, с удовольствием потянулся. Он иногда приезжал сюда с друзьями и знал, как местная обстановка помогает расслабиться, если ты устал. Но для Никки всё было новым. Когда она жила в городе, то уезжать за его пределы запрещалось, а потом не было денег на такие развлечения. Конечно, в городе были красивые парки и оранжереи, но разве это можно было сравнить с красотой первозданной природы.