По дороге около леса было не проехать. Автомобили перекрыли всю местность, прибывая и прибывая каждую минуту. Алан, выругавшись про себя, попросил Сергея остановиться и, выскочив, подбежал к Тимуру.
— Все, кто успел, за мной. Пять минут.
— Есть, босс!
Тимур побежал исполнять приказ. Двери сотни автомобилей тут же открылись, и бригады начали построение. Алан стоял посреди дороги, опустив голову. Никогда прежде он так ни за кого не беспокоился. Вернее, это было даже не беспокойство, а липкий, физически ощутимый страх, расползающийся по всему телу. Он уже знал ответ, но старался не думать об этом. И откуда они узнали… Начальник разведки на свадьбе? Что он там говорил? «Смотри, уведут девчонку. Красивая». «Если что, простите меня».
Простите?
— Босс, все готовы, — прервал его размышления Тимур.
Алан кивнул и, подняв руку, на мгновение замер, а потом, махнув, бросился в лес. Конечно, если дать бригадам команду прочесать территорию, избушку они обнаружат быстро, но он теперь и сам знал, куда идти. Вот поваленное дерево, которое ему показывала Никки… Мысли о ней мешали сосредоточиться. Лишь бы она оказалась там. Но внутренний голос шептал, что всё, он уже никогда не увидит её глаз и улыбки, не обнимет и не поцелует. Не смог, не защитил, не сберёг… Споткнувшись о камень, он сильно ушиб ногу, но даже не обратил на это внимания.
Дом старухи возник внезапно: только что были деревья, и вот они уже на поляне. Алан резко вскинул руку и, вытянув указательный палец, обвёл его по невидимому кругу. Бригады тут же рассредоточились, окружая поляну и занимая позиции.
Кивнув Тимуру, Сергею и Крену, Алан осторожно подошёл к двери, и в тот момент, когда он протянул руку, чтобы открыть её, та отворилась сама. На пороге стояла старуха. С виду она была спокойна, но глаза… Алан поборол желание отшатнуться. Старуха обвела всех презрительным взглядом и рассмеялась.
— Ну что? Спас ты её? Иди забирай своих, — и она вошла в дом.
Охрана оказалась жива. Военные просто вырубили их, и те мирно спали, повалившись чуть ли не друг на друга. Рядом, раскинув руки, громко храпел Славик.
— Отпусти людей, а сам останься, — вздохнула старуха.
Алан поднял руку, а потом резко опустил её, что означало отбой. Подождав, пока все выйдут и заберут бесчувственных бойцов, он вопросительно уставился на неё.
— Садись, — указала она рукой на табурет и сама тяжело опустилась в своё кресло. Подождав, пока он усядется, она продолжила: — Никки знала, что её заберут, вернее, чувствовала. Не хотела просто, чтобы ты знал.
Алан крепко сжал челюсти.
— Перед тем как эти… забрали её, она сказала лишь одно, и это было сказано для тебя.
— Что? — не выдержал Алан.
— Пусть не рискует, — это были её последние слова.
Увидев, что он смотрит в стол, крепко сжав губы, она добавила:
— Они не сделают ей ничего плохого. Она им нужна. И… если тебя это утешит. Я видела, что её заберут, поэтому и сказала, что проблемы придут через тебя. Но ещё я видела, что вы потом будете вместе.
— Мы уже были вместе, возможно, вы видели это? — Алан резко поднялся и, развернувшись, пошёл к двери.
— Нет, это было в будущем. Вы пришли ко мне с мальчиком примерно трёх лет. Похожим на тебя.
Алан остановился, а потом, повернувшись, уставился на старуху.
— Вы видели ещё что-то?
— Нет, — закачала та головой, — только это. Но учти: любое будущее нестабильно, всё зависит от твоих поступков. Неправильный выбор меняет его. Я видела лишь один из вариантов.
Алан кивнул и вышел за дверь. На улице его ждали бригадиры, тихо переговариваясь между собой. Никто не понимал, что произошло, да и дом старухи, раньше скрытый, теперь был известен многим.
До дороги шли молча, и только когда показались автомобили, Тимур остановился и обернулся к лесу.
— Надо дорогу запомнить. Вдруг пригодится.
— Бесполезно. Слава очнётся, и ты уже не вспомнишь, как туда шёл, будешь плутать по лесу.
— Почему? — удивился Тимур.
— Способность у него такая. Может любое место замаскировать. Будешь проходить мимо и не видеть.
— Что-то он им не помог против городских.
— Против виронтов у них свои способы, — задумчиво проговорил Алан, а потом поднял глаза и пристально уставился на Тимура.
— Босс! — изумился тот. — Ты думаешь, что это я? — В его тёмных глазах мелькнула обида. — Клянусь семьёй, что я никому и слова не сказал, даже жене.
Алан, устыдившись, вздохнул.
— Откуда они узнали о доме старухи и самое главное, что она там? Нужно выяснить.