— Но почему? Ведь она просто тиасорс. В городе их и так полно.
— В кварталах запрещено проживать любым тиасорсам. Ты же сам всё прекрасно знаешь. Вы не желаете жить по нашим правилам и признавать технологии, поэтому вам запрещено пользоваться ими.
— Но Никки не технология! Она человек! — возмутился Алан, не в силах больше сдерживать эмоции.
— Любой человек со способностями является технологией, иначе едва ли люди смогли бы выжить. Даже ты со своими слабыми силами — проект технологий. Без введённого при родах тирсиалума они бы у тебя не проявились. Но между тобой и Никки огромная разница. Её сила абсолютна, и она может стать лучшим представителем нового мира, а ты навсегда останешься отребьем, — на мгновение в его глазах сверкнула ненависть. Это длилось лишь секунду, но Алан заметил.
— Почему вы нас ненавидите? — изумился он.
— Ненавижу? — усмехнулся Александр Геннадьевич. — Скорее, презираю. Вас отделили, потому что вы ничего не могли дать новому обществу, более того, вы постоянно протестовали и были недовольны. Вы не можете сделать ничего полезного и предсказуемо деградируете в своих кварталах. Без нашей поддержки продуктами и ресурсами вас бы уже не было. И ты… как кроникс, должен понимать это в первую очередь.
Никки… Она другая, и то, что натворила её мать, было просто глупо. Теперь всё встало на свои места, и она дома. А любовь… Расспроси Вениамина, куда она его привела, — он саркастически посмотрел на Алана. — Езжай домой, мальчик, и не доставляй горя своим родителям. Моё обеденное время почти закончилось, а я так и не притронулся к десерту. Ты всё-таки умудрился испортить мне аппетит.
— Но Никки… — начал было Алан, голос его дрогнул.
— Никки, Никки… — раздражённо перебил Александр Геннадьевич. — Она у профессора Загренова, а это уже не моя юрисдикция. Даже если бы я захотел помочь тебе, то не смог бы. Никто не в силах её вернуть, потому что твоя Никки не совсем то, чем кажется. Впрочем, я уже сказал больше, чем следовало, — он нетерпеливо махнул рукой, указывая Алану на выход, и, взяв небольшую изящную ложку, отломил кусочек пирожного, лежащего перед ним на тарелке.
Алан поднялся, но не спешил уходить.
— Скажите, что с ней будет дальше? — в его голосе звучало отчаяние.
Неспешно прожевав кусок пирожного и запив его чаем, Александр Геннадьевич нехотя ответил:
— Ничего особенного, — пожал он плечами. — Она будет работать на город, тиасорсом или кем-то ещё. Её выдадут замуж за подходящего человека, чтобы соединить их способности. И проживет она долгую и счастливую жизнь. Уходи, пока я не передумал и не дал приказ арестовать тебя.
Алан, не говоря ни слова, развернулся и направился к двери. Двое охранников, стоявших у входа, даже не взглянули на него, оставаясь неподвижными, словно статуи. Зато Тимур, увидев босса, заулыбался во весь рот.
— Отпустили? — с облегчением спросил он.
— Пилюля Вениамина помогла, но я едва сдерживался, чтобы не прибить его прямо там. Давай домой, — сказал Алан, тяжело выдохнув. Перед тем как сесть в машину, он обернулся и посмотрел в окно. Хотя рассмотреть, что происходит внутри, было невозможно, он был уверен, что начальник разведки наблюдает за ним.
До пропускного пункта они ехали молча. Когда перед ними распахнулись ворота, Алан вдруг остановил Тимура.
— Разворачивайся!
— Куда едем? — спросил Тимур, сбитый с толку.
— К Центру научных экспериментов, — решительно ответил Алан.
Центр научных экспериментов находился почти у городской стены, ближе к кварталам. Белоснежное здание с тёмными блестящими стёклами устремлялось ввысь. Алан и его друзья не раз любовались этой башней, задаваясь вопросом, что же происходит за её стенами. Сейчас он стоял перед ней, задрав голову, и думал о том, на каком этаже может быть Никки.
Профессора Загренова он видел несколько раз в сети, когда тот рассказывал о виронтах, и один раз на развлекательном шоу, посвящённом способностям. Высокий, сухопарый старик с полуседой непослушной шевелюрой и цепкими карими глазами. Идти к нему было бесполезно и даже опасно — Никки он всё равно не сможет забрать. Но, стоя рядом со зданием, где она находилась, Алан чувствовал себя немного спокойнее.
— Босс! — Тимур осторожно потрогал его за плечо. — Мы здесь уже полчаса, охрана всё время смотрит в нашу сторону и переговаривается с кем-то. Нас могут арестовать.