Я спросила:
- Что это шумит?
- Моторы на энергостанции, - непонятно ответила женщина.
- Вы специально говорите так, чтобы я не могла понять?
- Да вовсе нет, - она помолчала, потом добавила, - потом тебе будет легче. Ты же начала учиться. И ты очень способная.
- Начала учиться? Чему? Я что-то не заметила.
- И тем не менее, это так.
- И вы меня учите?
-Да.
- Почему меня? Почему не своих детей?
- У меня нет детей, - ответила она. Так я и думала! Понятно, что ее приставили ко мне. Больше-то она ни на что не годится. Наверное, ее скоро выгонят. Или обменяют.
Я спросила:
- А что такое дезин... фек... тировать?
Она почему-то смутилась. Потом сказала:
- Ну... понимаешь... у вас очень мало воды... поэтому...
- А, - сообразила я. Могла бы и раньше сообразить - сама она была чистенькая, никакой грязи под ногтями, сами ногти гладкие, розовые... - А у вас правда много воды?
Она неохотно сказала:
- Достаточно.
Тут уж мне почему-то стало неловко.
- Может, я умоюсь? Если вам не жаль воды?
- Потом, - неопределенно ответила она. - После.
Улисс, стоя на пороге, окликнул нас:
- Ну что? Продолжим?
Я удивилась.
- Разве это еще не все?
- Ну разумеется, нет, - сказал он. - Нам нужно было определить уровень твоих способностей, немножко подправить кое-что, чтобы ты быстрее обучалась но с завтрашнего дня начнешь учиться писать.
- Чего?
- Научим тебя делать Записи.
Я сказала:
- Вы все-таки ненормальные. Записи написаны не человеком. Это всем известно. Ни один человек так не сможет - чтобы все знаки были похожи друг на друга. И стояли так ровно.
- Большая часть великих книг, - сказал он, - сначала писалась от руки. Сама подумай, разве трудно воспроизвести какой-нибудь знак? Хотя бы углем на стене, если уж нет ничего другого!
- Может, и не трудно. Но кто этим будет заниматься? Да и зачем? В этом же нет никакого смысла!
- Ты ничем их не проймешь, - тихо сказала женщина, - сам видишь.
- У них все подчинено голой прагматике, - ответил он. - Но если освободить их от необходимости ежедневно бороться за выживание и чуть-чуть подтолкнуть...
- Может, стоит подождать - у группы Коменски тоже есть кое-какие воображения. Нам легче будет сориентироваться.
Он усмехнулся.
- Тебе все кажется, что это какая-то ужасная ошибка,а?
Она пожала плечами и промолчала. Я сказала:
- Я хочу домой.
- Хорошо, - ответил он, - я сейчас тебя отвезу.
Тут я увидела, что лодка сама собой подплыла к Дому и остановилась у порога.
- Ты же уже ездила в ней, - сказал он, заметив, что я попятилась, садись.
Я предпочла послушаться - иначе мне пришлось бы остаться здесь, а мне тут здорово не нравилось. Да и им я не очень доверяла - пока вроде они не сделали мне ничего плохого, но вдруг передумают? Где их вода, и течет ли у них горячая - сама по себе, как в Записях, я тоже не стала спрашивать.
- Почему она ходит сама, эта ваша лодка? - спросила я, устраиваясь на сиденье.
- В ней есть своего рода память, - ответил он. - В принципе, она и сама могла бы довезти тебя до дома, но я подумал, что одной тебе будет страшно.
На всякий случай я сказала:
- Как же!
- Чтобы построить такие машины, нужны знания определенного рода и довольно тонкие навыки. Но никаких хитростей тут нет.
- Да будь это так просто, как вы говорите, их было бы повсюду полным-полно, таких лодок! А где вы их видели? Это же только в Городах Мертвых предметы двигаются сами по себе!
- Я не сказал, что это просто, - возразил он, - я только сказал, что в принципе это возможно. А что такое Города Мертвых?
- Лучше бы на ночь глядя об этом не рассказывать. Но, в общем, это такие большие становища. Говорят, кое-кто из прежних людей ушел туда после смерти куда-то же им надо уходить! Там вода сама льется и свет не гаснет - такой вот, как у вас, но зачем мертвецам вода и свет? Вот они и бродят там по улицам, - им ведь ничего не надо делать, - думают, что они живые. Иногда случается, кто-то из них совсем забывает, что умер... тогда они ищут живых.
- В общем, понятно, откуда у вас взялось такое предание, - сказал он. - В каком-то смысле это память о прошлом... Мы видели развалины больших городов. От них, правда, мало что осталось.
Я неохотно сказала:
- Развалины - это одно. Говорят, они так стоят испокон веку. А Города Мертвых - совсем другое.
- Ты первая, от кого я про них услышал, - заметил он.
Я поняла, он думает, что я вру.
- А вам никто больше и не расскажет. О таких вещах никто вот так ни с того, ни с сего не станет говорить, но я и сболтнула-то со страху.
- Нужно будет навести справки, - непонятно сказал он.
Я поняла, что он из тех, кто, раз вцепившись в какую-нибудь историю, не успокоится, пока не вытянет из собеседника все, что тот знает, нравится тому это или нет.
Но тут лодка подплыла к нашему Дому, и разговор прекратился сам собой.
* * *
- Чему они тебя учили? - Скарабей все никак не мог понять, что к чему, и не удивительно; кто бы такому поверил. - Чурочки складывать?
- В общем, да, хотя это не чурочки. Их на самом деле-то, можно сказать, и нету. Потом еще картинки. Четыре клеточки и в трех из них рисунки. Животные, растения. Предметы. Четвертая клеточка пустая. А в нижнем ряду тоже всякие разные рисунки. И надо выбрать из них один и поместить в четвертую клеточку.
- Зачем?
- Для порядка.
- Ну и ну! И ради этого они за тобой таскались сюда на этой своей лодке!
- Они и завтра приедут. Конечно, все это одни сплошные глупости, но кормят в их Доме сытно. Там и впрямь еды полно. По-моему, они, сказать стыдно, что не доели, то выбрасывают. Так что если им так уж хочется тратить время на дурацкие картинки, пусть себе. А еще они сказали, что научат меня делать Записи. Такое может быть?
Старик задумался.
- Записи, - сказал он, - делались не человеческой рукой.
- Но ведь можно их перерисовать? А?
- Куда? На стенку, что ли?
- Хоть бы и на стенку.
- Откуда ты знаешь, что у тебя получится именно та Запись? Если она будет записана другой рукой, на другом материале... Не изменится ли ее смысл?