— А где Даша?
— На примерке платья, — женщина развернула карамельку, лежавшую на столике, и отправила ее в рот, — И я, кстати, опаздываю к ней.
Серб, направляющийся к ванной, вдруг остановился. Даша на примерке платья… Словно происходят события его сна. Не вещий ли сон видел Паша, и не перепадет ли ему чего сегодня вечером, когда она вернется? Только для этого нужно завершить дела раньше Канаевой, а значит нужно поторопиться.
***
— Не померајте се, заден ти игла, * — женщина нахмурилась, загибая белоснежную ткань. Брюнетка вытянула шею, стараясь удержать равновесие.
В элитном бутике Белграда сложилась весьма интересная, но привычная для этого салона ситуация: молодая девушка стояла на пуфике, облаченная в пышное платье. Вокруг нее вились работницы бутика, подворачивая ткань и закалывая ее булавками. Напротив расположилась темноволосая женщина средних лет, тщательно следящая за процессом.
— Что она сказала? — Элеонора поставила чашечку кофе на стеклянный столик и вопросительно взглянула на администратора.
— Попросила не шевелиться, — за администратора ответила Даша, чем вызвала удивление со стороны Галановой.
— Знаешь сербский?
— Давно уже.
— Значит, понимаешь, что Павлик говорит? — усмехнулась тетя жениха.
— Ага.
— Это замечательно. Он то знает?
— Нет, а зачем? Нравятся его комментарии на сербском. Вся прелесть в том, что он даже не догадывается о том, что я понимаю, — за несколько дней отношения Канаевой и Элеоноры заметно улучшились, стали теплее. Это безусловно радовало брюнетку, которая давно нуждалась в наставнице. Несмотря на то, что Галанова являлась тетей Павла, зачастую во многих вопросах она принимала сторону Даши, дивясь прекрасной невесткой.
— Интересно, — женщина ухмыльнулась, довольным взглядом оглядывая невестку, примеряющую платье, — Так значит останавливаемся на этом варианте?
— Оно волшебно, — все это время Даша наблюдала за действиями сотрудницы магазина, что приводила платье в должное состояние, под параметры Канаевой. Хрупкое тело было облачено в белоснежную ткань. На талии и груди закреплен корсет, поддерживающий упругую грудь. И без того тонкая талия, кажется, стала еще миниатюрнее засчет корсета. Ниже струилась пышная юбка в пол. Поверх основной плотной ткани юбки была пущена мелкая белая сетка, усыпанная переливающимися маленькими камушками. Рукава были выполнены из дорогого кружева, которое полностью обволакивало плечи и мягко перетекало в корсет, украшенный драгоценными камнями, — Но мне жутко тяжело.
— Кружево так выгодно смотрится на фоне твоей кожи. Постарайся не загореть, — Галанова довольно оглянула Дарью, оценивая наряд.
— У меня всегда бледная кожа, не волнуйтесь. Что-то вроде особенности, — девушка вздохнула, поправив тяжелый подол.
— Голубая кровь? — ухмыльнулась Элеонора, в шутку намекая на аристократическое происхождение брюнетки. Та лишь издала смешок в ответ, — Давай возьмем, оно и впрямь прекрасно.
— Сомневаюсь, что смогу проходить в нем до конца вечера.
— Девушка права, эта ткань сама по себе тяжелая, а тут еще и камней много. В сочетании с каблуками будет нелегко.
— Ничего страшного, Павлик на руках будет носить, — Галанова поднялась с диванчика и расправила часть подола, сбившегося в складки.
— Он то? — резво передразнила брюнетка, наблюдая за действиями Элеоноры с пуфика, на котором Канаева все еще стояла.
— Да. Иначе зачем еще замуж выходишь? Хотя, по секрету, я тоже слегка сомневаюсь в его способностях, — усмехнулась женщина, а Даша подхватила этот жест.
— Так вы берете? — нетерпеливо поинтересовалась девушка со стойки администратора, желающая поскорее продать одно из самых дорогих платьев бутика.
— Берем. У вас картой расплатиться можно? — брюнетка повернулась к персоналу, оставляя недовольную швею хмуриться.
— Разумеется.
— Я расплачусь сама, — Элеонора мигом потянулась за темно-зеленой сумочкой, покоящейся на столике.
— Нет-нет, Элеонора Андреевна, не надо, — Канаева упрямо покачала головой, вспоминая внушительную цену платья.
— Могу себе позволить. К тому же, ты становишься частью нашей семьи, — Галанова и сама не понимала: она сейчас говорит искренне или искусно врет? Вроде бы, изначально преследовала далеко не благие цели, а теперь? Общается с «невесткой», как с дочерью. Как-то незаметно она стерла ту грань, которая разделяла «только инвестиции и холодный расчет» и «добро пожаловать в семью, дорогая Даша». Но Галанова была довольна сложившейся ситуацией. Отель получит инвестиции, а раздолбай-племянничек хорошую жену. Все просто идеально, лучше и быть не может.
— Ну… хорошо, — неуверенно пробормотала Дарья, спускаясь с пуфика, при помощи надежной руки Элеоноры.
***
Девушка неаккуратно скинула высокие каблуки с жутко саднящих ног. За день ступни устали, в ногах неприятно тянуло, а поясница желала поскорее прилечь, желательно в теплую ванну. Но, увы, в квартире серба предусмотрительно была лишь душевая кабина.
Она прошла в гардероб, замечая слабый свет настольной лампы в спальной. Брюнетка желала избавиться от обтягивающего платья, заменив его на уютную пижамку. Ее желание вряд-ли исполнится в ближайшее время, потому что расхаживать перед Павлом в любимой коротенькой пижамке не позволяет статус, а еще страх перед тем, что он не сможет отличиться выдержкой.
— Даша, — тихо позвал молодой человек, все еще тонув в омуте воспоминаний о сегодняшнем сне. Все проведенное время он только и делал, что думал о произошедшем в его голове. И это так обидно, что события не торопятся переходить и в реальность тоже. Но вскоре он это исправит, верно?
— Да? — она наконец скинула платье и теперь была в свободных штанах лимонного цвета, обдающих ножки своей прохладой, и в обычной персиковой майке.
Павел закусил губу, понимая что сон все-таки не сбудется, а она не намерена просить у него помощи.
— Планы на вечер есть? — неожиданно для себя выдал парень.
— Нет, а есть предложения? — она игриво ухмыльнулась, останавливаясь напротив парня.
— Друзья позвали покататься по ночному Белграду, как в старые-добрые. Может, составишь компанию? А то я все-таки собрался пригласить их на свадьбу.
— Я не против, ночью здесь особенно красиво, — Канаева улыбнулась, снова направляясь в гардеробную. Этот город влюбил брюнетку в себя, каждый раз даря все новые ощущения. То грубые черты классицизма, то обожаемая Дашей готика. Теперь она полностью разделяла любовь Павла к Сербии, ведь здесь было поистине красиво.
***
— Дарья — моя… невеста, — серб приобнял спутницу за плечи, представляя ее друзьям. Девушка, хоть и не была знакома с этими людьми раньше, все равно чувствовала себя комфортно. Оказалось, что сербские тусовки золотой молодежи мало чем отличаются от московских, а посему недопониманий возникнуть не должно.
— Дарья, вам удалось невозможное — вы украли сердце Паши, — усмехнулся один из пареньков, галантно целуя тыльную сторону ладони девушки.
— Не увлекайся, — Радич недовольно нахмурился, искоса наблюдая за действиями блондина.
— Ой-ой, кажется, наш ловелас ревнует. Окей, не волнуйся. Кстати, забыл представиться — Алекс.
— Очень приятно, — кивнула девушка.
Как и говорил серб, собралась компания для того, чтобы покататься. На дорогом спорткаре, под рев мотора и обдувающего со всех сторон ветра, Даша изучала Белград с новой стороны, открывая все больше деталей, желая вернуться сюда днем, дабы рассмотреть внимательнее при солнечном свете.
Кажется, прошла целая вечность, прежде чем они расстались с ребятами. Восторженные голоса и смех не утихли до тех пор, пока спорткар с характерным визгом не скрылся за поворотом.
— Как тебе? — поинтересовался Паша, глядя на пустую дорогу, освещаемую лишь парочкой фонарей и лунным светом.